Великие музейные скандалы: кому принадлежат сокровища

18 мая весь мир отмечает Международный день музеев — и это отличный повод вспомнить: за витринами крупнейших музеев скрываются не только шедевры, но и многолетние споры. Тысячи артефактов оказались в Британском музее, Лувре и других хранилищах не благодаря покупкам, а из-за колониальных экспедиций, войн и оккупаций. Десятки стран добиваются их возвращения — некоторые уже вернули свои ценности, другие ждут ответа уже два века. Рассказываем о самых громких историях реституции: от мраморов Парфенона до скифского золота.

Мрамор с Акрополя: 200 лет спора об одном разрешении

В 1801 году лорд Элгин — британский посол в Константинополе — вывез из Афин десятки фрагментов Парфенона: 15 метоп, 17 фронтонных скульптур и 75-метровый фриз. Всё это он сделал, предъявив разрешение от османских властей. Вот только оригинала этого документа в архивах так и не нашли: в распоряжении Британского музея — лишь итальянский перевод. В июне 2024 года Турция подтвердила на заседании специального комитета ЮНЕСКО то, на чём греческая сторона настаивала десятилетиями: никакого фирмана, позволявшего разрушать скульптуры Парфенона, не существовало.

С 1817 года коллекция хранится в Британском музее. Греция требует её назад с 1983 года — и не устаёт объяснять, почему это принципиально. Афинский музей Акрополя специально оставил часть витрин пустыми, заполнив место утраченных фрагментов белыми гипсовыми слепками. Как выразился греческий премьер Кириакос Мицотакис, это всё равно что разрезать «Мону Лизу» пополам и выставить каждую половину в разных странах.

Главное препятствие для возврата — британский закон 1963 года, запрещающий музею отчуждать предметы из коллекции. Британские правительства раз за разом повторяли: возврата не будет. Но после прихода к власти Кира Стармера ситуация сдвинулась. По данным издания Politico, на встрече с греческим премьером в декабре 2024 года Стармер не закрыл тему — греческая сторона расценила это как перемену тона. Параллельно нынешний глава Британского музея Джордж Осборн ведёт переговоры о схеме долгосрочного обмена: скульптуры едут в Афины, Греция даёт Лондону другие экспонаты на выставку. Официальное соглашение пока не подписано.

Бронзы Бенина: военный трофей в музейных витринах

В феврале 1897 года британский карательный отряд вошёл в столицу королевства Бенин на территории нынешней Нигерии. Солдаты сожгли дворец и вывезли всё, что можно было унести: тысячи бронзовых пластин, ритуальные предметы, слоновую кость. Это были не покупки и не дары — военные трофеи. Артефакты быстро осели в музеях Европы и Северной Америки.

Сегодня «бенинская бронза» — устоявшееся в науке обозначение коллекции из более чем четырёх тысяч металлических изделий XIII–XIX веков, созданных литейщиками народа эдо. Изделия отливались методом «утраченного воска» и представляли собой нечто уникальное: сложные рельефные портреты правителей, сцены придворной жизни, ритуальные маски. Крупнейшая их часть — 928 предметов — хранится в Британском музее.

С 2021 года идёт волна возвратов. Германия, США, Нидерланды, Швейцария передают экспонаты обратно один за другим. В феврале 2025 года Нидерланды подписали соглашение о передаче 119 предметов: 113 из Лейденского музея и ещё шесть от муниципалитета Роттердама. Директор Национальной комиссии Нигерии по музеям и памятникам Олугбиле Холлоуэй назвал это крупнейшей единовременной реституцией, связанной с карательной экспедицией 1897 года. Церемония передачи прошла в июне 2025 года.

Британский музей, владеющий крупнейшей коллекцией, не вернул ни одного предмета — всё тот же закон 1963 года. А внутри самой Нигерии тем временем разгорелся собственный спор: кому должны принадлежать возвращённые артефакты — государству или потомкам короля Бенина?

Розеттский камень: ключ к египетскому письму — и к дипломатическому спору

15 июля 1799 года капитан Пьер-Франсуа Бушар из армии Наполеона наткнулся на чёрную каменную плиту при строительстве форта близ города Розетта (ныне Рашид). Плита из гранодиорита весила 760 килограммов. На ней был высечен один и тот же текст на трёх языках: иероглифами, демотическим письмом и по-гречески. Именно это сделало камень ключом к расшифровке египетских иероглифов — работу завершил французский лингвист Жан-Франсуа Шампольон в 1822 году.

Когда французы потерпели поражение от британцев в 1801 году, все трофеи перешли победителю. Розеттский камень оказался в Британском музее и выставляется там с 1802 года. За прошедшие два с лишним века он покидал здание лишь однажды — в 1917 году его спустили в подземелье на станции почтовой железной дороги под Лондоном, спасая от бомбардировок.

С 2003 года Египет настойчиво требует вернуть этот камень. Тогда глава Департамента древностей Захи Хавасс назвал артефакт «символом египетской идентичности» и потребовал его возвращения на родину. Британский музей отказался даже временно передать экспонат — официально сославшись на закон 1963 года. В 2022 году премьер-министр Египта Мостафа Мадбули расширил требования: к камню добавили ещё 16 египетских артефактов. Таким образом, спор длится уже двадцать два года.

Скифское золото: как аннексия сделала музейные экспонаты заложниками политики

В феврале 2014 года четыре крымских музея отправили коллекцию в Нидерланды: более двух тысяч артефактов должны были украсить выставку «Крым: золото и секреты Чёрного моря» в амстердамском Музее Алларда Пирсона. Среди экспонатов — золотой скифский шлем IV века до нашей эры, меч и ножны, ритуальные украшения готов, сарматов и скифов. Через несколько недель после открытия выставки Россия аннексировала Крым.

Музей оказался перед невозможным вопросом: кому возвращать коллекцию? Крымские музеи, которые её отправили, теперь находились на территории, которую Россия считала своей, а Украина и большинство стран мира — оккупированной. Музей принял решение не отдавать ничего никому — до решения суда.

Судебная тяжба растянулась на девять лет. В 2016 году Окружной суд Амстердама встал на сторону Украины. В октябре 2021 года Апелляционный суд Амстердама подтвердил это решение. 9 июня 2023 года Верховный суд Нидерландов поставил точку: коллекция принадлежит Украине. Кассационная жалоба крымских музеев отклонена окончательно.

История показала: артефакты могут стать заложниками большой политики буквально в реальном времени. Музейная выставка началась — и закончилась в другом мире.

Трофейное искусство Второй мировой: долг или компенсация?

После победы над нацистской Германией советские войска вывезли в СССР тысячи произведений искусства. Часть была возвращена в 1950-е годы: в 1955 году в ГДР передали 1,5 миллиона экспонатов, в том числе полотна Дрезденской галереи — знаменитую «Сикстинскую Мадонну» Рафаэля и сотни других шедевров. Но значительная часть трофеев до сих пор хранится в российских музеях.

Германия десятилетиями требует возврата. Россия придерживается иной логики: вывезенное — законная компенсация за колоссальный ущерб, причинённый нацистской агрессией. С юридической точки зрения вопрос не закрыт: в 1998 году Россия приняла закон, объявивший трофейное искусство государственной собственностью.

После февраля 2022 года тема приобрела новое измерение. В мае 2022 года Россия была отстранена от участия в Международном совете музеев (ICOM) — организации, которая формирует глобальные этические стандарты для музейного сообщества. Это стало беспрецедентным шагом: ни одна страна прежде не исключалась из ICOM в связи с военными действиями.

Кто решает, кому принадлежит прошлое?

Сегодня, в Международный день музеев, крупнейшие институции мира отвечают на один и тот же вопрос — только каждая по-своему. Одни возвращают. Другие ссылаются на законы, принятые полвека назад под совсем другую реальность. Третьи придумывают схемы долгосрочного обмена, которые устраивают никого до конца.

За каждым из этих споров стоит более глубокий вопрос: где проходит граница между «сохранением для человечества» и присвоением чужого? Кто вправе решать — юристы, историки, потомки тех, кому принадлежали вещи, или те, кто умеет лучше их сберечь? Единого ответа нет. И именно поэтому споры не утихают уже столетиями.

А как считаете вы: должны ли музеи возвращать артефакты на родину — или право хранить их важнее права на происхождение?

Смотрите также:
От сокровищницы «Зеленый свод» до Лувра: 10 самых крупных ограблении музеев в мире
Любопытная фотосерия «Смотрительницы российских музеев»
35 необычных музеев со всего мира и их экспонаты