Как 20 000 свиней убирали улицы Нью-Йорка и почему город воевал с ними 40 лет

В 1820-х годах по улицам Нью-Йорка бродило около 20 000 свиней. В то время город занимал лишь южную оконечность Манхэттена, а мусорщиков здесь почти не было. Поэтому объедки, очистки и потроха жители выбрасывали прямо на мостовую, а свиньи подъедали всё дочиста. Неудивительно, что Чарльз Диккенс назвал их городскими мусорщиками. Власти более 40 лет пытались избавиться от хрюкающих чистильщиков, но всякий раз натыкались на бунты. Рассказываем, как свиньи стали неотъемлемой частью Нью-Йорка и почему их изгнание переросло в настоящую классовую войну.

Город, где мусор выбрасывали на мостовую

В начале XIX века Нью-Йорк умещался на южной оконечности Манхэттена. Согласно переписи 1820 года, здесь проживало примерно 124 тысяч человек. При этом регулярного вывоза мусора не было даже в богатых кварталах. Кухонные отходы, золу и объедки жители попросту выплёскивали на улицу. Добавьте к этому навоз тысяч лошадей — и картина вырисовывается весьма живописная.

Свиньи решали эту проблему совершенно бесплатно. Хозяева выпускали их по утрам, и животные весь день рылись в отбросах. К вечеру многие сами брели домой. Историк Кэтрин Макнир, автор книги «Укрощение Манхэттена» (Taming Manhattan), оценивает их поголовье в начале 1820-х годов примерно в 20 000 голов. Разумеется, точно свиней никто не пересчитывал. Но выходит, что на каждые шесть горожан приходилась одна хрюшка.

Так и сложилась эта странная система городской уборки: люди мусорили, свиньи поедали отходы, а улицы оставались хотя бы проходимыми.

Свинья вместо сберкнижки

Свиней держали преимущественно бедняки: рабочие, ремесленники, иммигранты из Ирландии и других стран Европы, а также свободные афроамериканцы. Для них хряк служил настоящей страховкой на чёрный день. Животное можно было заколоть и засолить на зиму или выгодно продать мясникам. Корм при этом доставался бесплатно — его щедро поставляла улица.

Состоятельные горожане смотрели на свиней совершенно иначе. Животные пугали лошадей, из-за чего экипажи порой переворачивались. Свиньи сбивали с ног прохожих, перегораживали дорогу и разрушали мостовую. В путеводителях для туристов даже появились советы, каких улиц лучше избегать. Более того, свиней обвиняли в нападениях на детей.

В итоге спор о свиньях быстро перерос в спор о том, кому на самом деле принадлежит город. Для одних улица оставалась местом для приятных прогулок. Для других же она служила бесплатным пастбищем для свиньи, без которой семья попросту не пережила бы зиму.

Суд над мясником

Городские власти неоднократно пытались запретить выгул свиней. В октябре 1817 года такой запрет всё же ввели. Согласно правилу, любой, кто поймал бродячую свинью, мог отвести её в специальный загон. Хозяин же должен был заплатить ловцу 10 долларов и ещё по 12 центов за каждый день содержания животного. Для бедной семьи подобная сумма оказывалась неподъёмной. Естественно, горожане возмутились, и уже в начале 1818 года запрет отменили.

Тогда мэр города решил пойти иным путём. В 1819 году по его настоянию судили мясника по фамилии Харриет, который регулярно выпускал свиней на улицу. Обвинение уверяло, что свиньи представляют реальную опасность для горожан. Защита же возражала: люди всегда так поступали, и это никому не мешало. Тем не менее присяжные признали мясника виновным. Штраф составил всего один доллар плюс судебные издержки.

Этот приговор создал важный прецедент, но на улицах практически ничего не изменилось. У города попросту не было ни денег, ни людей, чтобы эффективно следить за порядком. К слову, профессиональную полицию в Нью-Йорке создали только в 1845 году.

Свиные бунты

Когда власти всё же отправляли ловцов свиней в бедные кварталы, неизбежно начиналась драка. Массовые беспорядки вспыхивали в 1821, 1825, 1826, 1830 и 1832 годах. Чаще всего ловцов встречали женщины — ирландки и афроамериканки. Они яростно отбивали животных и выпускали их из загонов. В ход шли кулаки и гнилые овощи.

Причём у этих бунтов имелась и политическая подоплёка. В 1821 году новая конституция штата Нью-Йорк ввела для чернокожих избирателей имущественный ценз в 250 долларов. В результате большинство из них лишилось права голоса. Поскольку многие держали свиней, любой запрет ударил бы прежде всего по самым бесправным горожанам.

Диккенс и «республиканские свиньи»

В 1842 году Нью-Йорк посетил Чарльз Диккенс. Свои впечатления от поездки он позже описал в книге «Американские заметки». На Бродвее, главной улице города, писателя удивили вовсе не роскошные витрины.

Диккенс с лёгкой иронией назвал нью-йоркскую свинью истинным республиканцем. Она гуляет, где пожелает, и вращается в лучшем обществе на равных. Перед ней все почтительно расступаются. А вечером хрюшка неспешно бредёт домой сама, без всякого пастуха.

Для европейских гостей свиньи на Бродвее стали одной из главных местных диковинок. Сами же нью-йоркцы к ним уже давно привыкли.

Холера и великий свиной перегон

Коренной перелом наступил в 1849 году. В город пришла холера и унесла более 5000 жизней. Врачи того времени свято верили в теорию миазмов: болезни якобы передаются через зловонный воздух. Главными источниками смрада они считали отбросы, бойни и, разумеется, свиней.

Тем же летом полиция провела масштабную облаву. Из подвалов и с чердаков выгнали от 5000 до 6000 свиней, поскольку хозяева прятали их прямо в жилых домах. Всего на север Манхэттена, в малозаселённые районы, перегнали около 20 000 животных. Владельцы отчаянно сопротивлялись, порой пуская в ход кулаки.

В последующие годы из южной части города также выселили заводы по вывариванию костей и свалки туш. Благодаря этому Нижний Манхэттен постепенно становился чище.

Хогтаун и Центральный парк

Свиньи переселились, но вовсе не исчезли. В районе 50-х улиц между Шестой и Седьмой авеню вырос целый Хогтаун — Свиной город. Сюда перебрались свинофермы, которые откармливали животных на продажу. Впоследствии примерно на этом месте раскинулся знаменитый театральный квартал Бродвея.

В 1859 году полиция устроила громкий рейд на Хогтаун. Вооружённые отряды шли в сопровождении репортёров. Параллельно в те же годы город активно расчищал землю под Центральный парк. С 1853 по 1859 год оттуда выселили около 1600 человек. Среди них оказались ирландские свиноводы, немецкие огородники и жители Сенека-Виллидж — посёлка свободных афроамериканцев.

К 1860 году свиней окончательно вытеснили за 86-ю улицу. В Гарлеме их терпели почти до конца XIX века. А вот в нижнем Манхэттене свинья на мостовой постепенно превратилась в редкость.

Современные историки видят в этой истории нечто большее, чем простую борьбу с грязью. Без свиней бедняки лишились бесплатного запаса еды и живых денег. Теперь они целиком зависели от заработка и капризов рынка. Как точно заметила Кэтрин Макнир, им пришлось «сводить концы с концами или перебираться в Нью-Джерси».

А вы видели когда-нибудь в городе скотину на свободном выгуле? Где?

Смотрите также:
Банды Нью-Йорка, как это было,
Страницы жизни простых и бедных американцев в Нью-Йорке XIX века,
Фото Манхэттена 1870–1900, когда остров был трущобами Нью-Йорка,
Хэтфилды против Маккоев: как две американские семьи устроили вендетту из-за свиньи