6 реальных утечек вирусов, доказывающих, что «Обитель зла» не такая уж фантастика

Пока Раккун-Сити существует только на экране, в реальной истории вирусы и бактериальное оружие вырывались из-под контроля минимум 6 раз. Секретная японская лаборатория под Харбином, советский полигон на острове Возрождения, закрытый город Свердловск-19 — каждое место работало по одному и тому же сценарию. Учёные создавали боевые штаммы, происходила авария, а правду скрывали десятилетиями. Свердловскую утечку 1979 года советские власти официально признали только в 1992 году. Мы собрали 6 подобных историй — от Японии времён Второй мировой войны до российского Кольцово в 2004 году.

Отряд 731: японская программа, которая началась раньше всех

Первым масштабным экспериментом с биологическим оружием в XX веке считается программа японского отряда 731. Секретное подразделение императорской армии базировалось под Харбином, в оккупированной японцами Маньчжурии, с 1936 года. Официально это была станция по очистке воды. На деле учёные под руководством микробиолога Сиро Исии испытывали чуму, сибирскую язву и холеру на живых людях.

Программа работала до капитуляции Японии в 1945 году. Точное число жертв неизвестно: по разным оценкам, оно составляет от 3 000 до 12 000 человек. США предоставили руководителям программы иммунитет в обмен на исследовательские данные — уголовного процесса, подобного Нюрнбергскому, для отряда 731 не было.

Как именно испытания отряда 731 повлияли на послевоенную вирусологию — вопрос, который историки обсуждают до сих пор. Но сама модель — секретная лаборатория, разработка боевого патогена, сокрытие правды десятилетиями — почти дословно совпадает со сценарием, вокруг которого построена вселенная Resident Evil.

Марбург, 1967: обезьяны, которые изменили вирусологию

Через 22 года после капитуляции Японии в Европе случилась первая задокументированная вспышка нового опасного вируса. В августе 1967 года одновременно начали заболевать сотрудники фармацевтических лабораторий в немецком Марбурге, Франкфурте и югославском Белграде. Источником оказались зелёные мартышки, привезённые из Уганды для производства вакцины против полиомиелита.

Заболел 31 человек, 7 из них умерли. Вирус получил название по городу, где его впервые описали, — марбургский вирус. Позже выяснилось, что он относится к тому же семейству, что и куда более известная лихорадка Эбола, открытая только в 1976 году.

История с мартышками показала главную опасность подобных утечек: возбудитель, безопасный в дикой природе, может резко измениться в лабораторных условиях или при контакте с новым видом-носителем — в данном случае человеком.

Остров Возрождения: полигон посреди Аральского моря

В 1971 году в центре Аральского моря располагался остров Возрождения — секретный советский полигон для испытаний биологического оружия. Там открыто, на воздухе, распыляли боевые штаммы сибирской язвы, чумы и натуральной оспы, наблюдая за их поведением в реальных условиях.

Летом того же года мимо острова прошло научное судно «Лев Берг». Ветер отнёс к нему облако распылённой оспы. Один из членов экипажа заразился и, вернувшись в Аральск, заразил ещё нескольких человек. Три человека умерли, несмотря на то, что оспа к тому времени считалась почти побеждённой болезнью — до её официальной ликвидации в мире оставалось меньше 10 лет.

Советские власти инцидент не признавали больше 20 лет. О нём стало известно только в девяностых годах, после публикаций западных и российских исследователей, получивших доступ к архивам программы «Биопрепарат».

Свердловск, 1979: 13 лет молчания

2 апреля 1979 года в закрытом военном городке Свердловск-19 на Урале произошла авария на объекте, где производили боевые штаммы сибирской язвы. Из-за ошибки персонала — забытого фильтра в вытяжной системе — споры бактерий вышли наружу и разнеслись по округе.

По официальной версии, которую советские власти поддерживали 13 лет, люди заразились сибирской язвой через мясо больных животных. В реальности причиной стала утечка на военном объекте: по разным оценкам, погибли от 66 до 105 человек. Правду признал в 1992 году президент России Борис Ельцин, а расследование американского биолога Мэттью Мезельсона окончательно подтвердило военное происхождение вспышки.

Свердловская история стала одним из самых убедительных подтверждений того, что программа биологического оружия в СССР существовала на практике, а не только на бумаге.

Рестон, 1989: утечка, которая не обернулась катастрофой

Не каждая лабораторная утечка заканчивается трагедией. В ноябре 1989 года на карантинную станцию в городе Рестон, штат Виргиния, поступила партия макак-крабоедов из Филиппин. Часть животных начала стремительно умирать от вируса, похожего на Эболу.

Учёные армии США выяснили, что перед ними новый штамм — вирус Эбола-Рестон. Он оказался смертельным для приматов, но безопасным для человека: несколько сотрудников станции заразились, никто из них не заболел. Историю утечки подробно описал журналист Ричард Престон в книге «Горячая зона», ставшей одним из самых известных научно-популярных текстов о вирусологии.

Случай в Рестоне показал редкий сценарий: опасный патоген вырвался за пределы контролируемой зоны, но не нашёл способа навредить людям. В кино и играх подобное везение почти никогда не встречается.

Кольцово, 2004: цена одного укола

В мае 2004 года в Государственном научном центре вирусологии и биотехнологии «Вектор» в новосибирском наукограде Кольцово во время работы с лихорадкой Эбола получила травму исследовательница Антонина Преснякова. Она случайно уколола палец иглой шприца, которым вводила вирус лабораторным мышам.

Преснякова умерла через три недели, несмотря на лечение. Это один из немногих в мире документированных случаев заражения Эболой непосредственно в лаборатории, а не в очаге естественной эпидемии. «Вектор» — один из двух центров в мире, где официально хранятся образцы вируса натуральной оспы; второй находится в американском Центре по контролю заболеваний в Атланте.

История в Кольцово случилась уже в XXI веке, в оснащённой по последнему слову технике лаборатории — и всё равно закончилась смертью. Это напоминание о том, что человеческий фактор остаётся главной уязвимостью любой системы биобезопасности даже спустя десятилетия после Свердловска и острова Возрождения.

Почему зомби-вирус невозможен

Все шесть историй объединяет одно: ни в одном случае заражённые не превращались в агрессивных живых мертвецов, как герои «Обители зла». Сибирская язва, оспа, Эбола и марбургский вирус вызывают лихорадку, кровотечения и поражение внутренних органов, но не разрушают мозг настолько, чтобы превратить человека в бессмысленного хищника.

Ближе всего к киношному сюжету стоят не вирусы, а прионы — неправильно свёрнутые белки, вызывающие губчатую энцефалопатию. Похожая болезнь поражает оленей в Северной Америке и получила в прессе прозвище «зомби-болезнь». Но и она убивает животное медленно, за месяцы, а не превращает его в агрессивного монстра за считанные секунды, как показывают в кино.

Возбудитель, который одновременно убивает клетки мозга, сохраняет двигательную активность тела и заставляет заражённых координированно нападать на здоровых людей, современной науке неизвестен. Именно поэтому создателям «Обители зла» приходится додумывать биологию T-вируса — реальная вирусология не даёт для этого никакой основы.

А вы бы решились работать в лаборатории с особо опасными вирусами — даже за высокую зарплату и с максимальной защитой?

Смотрите также:
«Сонная болезнь»: история одной эпидемии, причины которой так и не нашли,
В США среди оленей распространяется зомби-болезнь,
Под грифом «Секретно»: 7 закрытых городов России, о которых мало кто знает.