«Я спал в коробках с бездомными»: как фотограф Ян Сын У снимал запретную Японию

Для большинства Япония — страна высоких технологий, вежливых людей и безупречного порядка. Её изнанку в туристических буклетах не показывают. Фотограф из Южной Кореи Ян Сын У (Yang Seung-Woo) посвятил ей больше 20 лет: спал в картонных коробках рядом с бездомными Токио, снимал якудза и детей, ночующих прямо на улице. Ради этих снимков он рисковал жизнью — и стал одним из самых известных документальных фотографов Азии.

Как деревенский хулиган стал фотографом с мировым именем

Ян Сын У родился в 1966 году в небольшой деревне на юго-западе Южной Кореи. В детстве мечтал стать боксёром, но ни одной секции поблизости не было. После школы отслужил в армии, а затем, по его собственным словам, «бездельничал и хулиганил». Фотоаппарат он впервые взял в руки в 30 лет — в 1996 году, когда приехал в Японию.

Сначала Ян поступил в Японский институт фотографии, потом — на факультет фотографии Токийского политехнического университета, где позже окончил аспирантуру по направлению «медиаарт». Чтобы платить за учёбу, брался за самую тяжёлую работу. Его профессор, фотожурналист Оиши Ёсино, однажды сказал студентам: «Снимайте что хотите». Ян воспринял это буквально. Завершив образование, он решил остаться в Японии.

Ещё студентом Ян начал фотографировать жителей Кабуките — самого злачного района Синдзюку. Каждые выходные он отправлялся туда с камерой и по несколько дней жил рядом с бездомными в картонных коробках прямо на улице. Будни проводил в университетской лаборатории: проявлял плёнки, печатал снимки. Снимал Кабуките и после учёбы — в общей сложности 8 лет, с 1998 по 2006 год.

Якудза и дети улиц

Однажды Ян набрался смелости и на улице подошёл к якудза. Спросил напрямую: «Могу я вас сфотографировать? Я учусь на фотографа». Он рисковал получить серьёзную взбучку — членов группировок раздражает любое внимание к их персонам. Мафиози, выглядевший высокомерным и опасным, неожиданно согласился.

Через несколько дней Ян принёс гангстеру напечатанный снимок — тому понравилось. Якудза разрешил целую серию: фотограф снял его татуированное тело, руку с отрезанным пальцем и сам палец, хранившийся в банке с формалином. Ампутация фаланги — ритуал юбицумэ — у якудза означает преданность организации или искупление вины перед боссом. Получить доступ к такой съёмке для постороннего — редкая удача.

В переулках Кабуките Ян регулярно встречал тэкия — уличных торговцев, тесно связанных с якудза. Тэкия работают на ярмарках и праздниках, платят мафии за «крышевание» и живут по собственным неписаным правилам. Со временем они стали темой отдельной книги фотографа.

Дети Кабуките

Блуждая по переулкам района, Ян всё чаще замечал детей. К его удивлению, в Кабуките было полно малышей и подростков, живших прямо на улице — иногда посреди ночи.

Матери работали в ночных клубах хостесс, а дети ждали их снаружи — иногда до самого утра. Именно они изменили взгляд Яна на район. В 2004 году токийский губернатор объявил кампанию по «очищению» Кабуките — власти хотели превратить его в «безопасное место для всех». Ян торопился: документировал то, что вот-вот изменится навсегда.

Опасная книга

Сделав тысячи снимков, Ян отобрал лучшие и несколько лет ходил с ними по издательствам. Везде получал отказ. Зарисовки из жизни района развлечений нравились всем. Дети, спящие среди мусора, тоже не пугали. Но стоило издателю увидеть снимки якудза — с Яном тут же прощались.

Выпустить книгу решилось только издательство Zen Foto Gallery — и в 2016 году «Потерявшийся ребёнок Синдзюку» вышел в свет. К тому моменту Ян был близок к отчаянию: признавался, что думал намеренно попасть в аварию — хоть как-то оправдать для себя уход из профессии. Книга изменила всё. Она получила премию Домон Кэн — одну из главных наград в японской фотографии. Её вручают с 1981 года в честь классика документального жанра. «Потерявшийся ребёнок Синдзюку» стал 36-м лауреатом.

Сам Ян считал, что как профессионала его сформировал не университет. Настоящими школами стали работа портовым грузчиком, каменщиком и кровельщиком на стройках. Позднее — нефтяная разведка в Малайзии и Конго, сбор чая на плантациях. Везде он смотрел вокруг и снимал всё, что казалось достойным внимания.

Искусство быть своим

Жизни Кабуките посвящены 3 книги Яна. Кроме «Потерявшегося ребёнка Синдзюку» вышли «Ян-таро, Бака-таро» (2021) и «Тэкия» (2022) — альбом целиком об уличных торговцах на стыке традиции и криминала. В 2017 году вышла ещё одна книга — «Конечная линия Котобуките»: документ жизни знаменитого доя-гаи, квартала дешёвых ночлежек в Иокогаме, где десятилетиями живут бездомные и сезонные рабочие.

В опасном районе Ян стал своим. Ему настолько доверяли, что однажды пустили на закрытое мероприятие — фотограф снял церемонию передачи власти от одного босса якудза другому. Такого не снимал ни один посторонний.

Сейчас Ян работает не только в Японии. Он регулярно возвращается на родину и снимает южнокорейскую молодёжь. Несмотря на разницу в возрасте, студенты и подростки принимают его как своего. Выставки фотографа прошли в Японии, Южной Корее и Франции — в 2017 году его работы показали в парижской галерее in)(between и в Музее фотографии Домон Кэн в Ямагата. Снимки публикуют крупнейшие мировые издания. Он показал Японию без прикрас — такой, какой её не увидишь ни в одном путеводителе.

Фотографии Ян Сын У — это не просто искусство, а мощный документ времени, в котором запечатлена жизнь тех, кого общество старается не замечать. Он показал Японию без глянца и иллюзий, такой, какой ее не увидишь в путеводителях. А как вы считаете: стоит ли художникам и фотографам показывать темные стороны жизни, рискуя своей безопасностью, или искусство должно вдохновлять и не тревожить?

Смотрите также — Секс в большом городе: фото Кохеи Есиюки, сделанные в ночных парках Токио