Расскажи друзьям

Не поеду!
Я уже поехал!
Подпишись на еженедельную рассылку БигПикчи и получи
400 рублей
на первую поездку с такси Gett
Нет!
Я уже подписан!
Подпишись на еженедельную рассылку БигПикчи и получи
400 рублей
на первую поездку с такси Gett
Подпишись на рассылку BIG WEEK и получи скидку 20% или «двойную Пепперони» в подарок от Додо Пицца
Подпишись на рассылку BIG WEEK и получи скидку 20% или «двойную Пепперони» в подарок от Додо Пицца
05.06.2017

Ленин без головы: судьба советских памятников на Украине

К 1991 году на Украине было 5500 памятников Ленину, и вплоть до 2015 года статуи советского вождя оставались стоять на площадях многих деревень и городов. После «оранжевой революции» 2004 года памятники стали исчезать, а в 2015 году украинский парламент и вовсе запретил коммунистические символы. Это вызвало так называемый Ленинопад, когда люди стали массово уничтожать памятники лидеру большевиков. Сейчас, по официальным данным, все они снесены.

На самом деле некоторые памятники сохранились: теперь они стоят в поле, на складах для уборщиц и во дворах среди мусора. Фотограф Нильс Аккерман с журналистом Себастьяном Гобертом засняли статуи вождя для книги Looking for Lenin, вышедшей в издательстве Fuel Publishing. Журналист издания VICE расспросил авторов проекта о ностальгии по советским временам, связи власти с архитектурой и о художественном значении исторических памятников, а БигПикча перевела это интервью.

(Всего 18 фото)

zaggg

Спонсор поста:

Источник: Vice

VICE: Как вам пришло в голову запустить такой проект?

Нильс Аккерман: Идея появилась во время Евромайдана, 8 декабря 2013 года, когда протестующие опрокинули памятник Ленину на Бессарабской площади в центре Киева. Это был первый признак слабости режима, и с этого началось вирусное движение «Ленинопад». Забейте это слово в Google, YouTube и Twitter — вы найдете много интересного.

Я был тогда на площади, и я видел, как протестующие долбили супертвердый камень памятника. Для того чтобы его разрушить, но еще и для того, чтобы забрать домой небольшой сувенир. Это было примерно как наблюдать за людьми, разрушающими Берлинскую стену. Однако малиновый кварцит памятника — из такого же сделаны Мавзолей Ленина в Москве и могила Наполеона Бонапарта в Париже — оказался очень прочным, и отломить от него получилось только маленькие фрагменты. И все же на следующее утро от памятника ничего не осталось. Мы с Себастьяном начали исследование, чтобы найти его. Квест оказался сложным, и он еще не закончился, но этот поиск помог нам найти множество других памятников.

Себастьян Гоберт: Для нас обоих это был способ забыть о революции и войне, что мы освещали как журналисты, и изучить проблемы Украины по-другому. Это занятие было интересным и не таким кровавым, а затем стало чем-то серьезным.

Почему вы решили изучать именно Украину?

Гоберт: Украина особенно важна для этого проекта по двум причинам. Во-первых, потому, что в мае 2015 года украинское правительство приняло законы о декоммунизации, запретив советские символы и приравняв их к нацистским. Все эти памятники необходимо было снести.

Это приводит нас ко второй причине: на Украине до недавнего времени была самая высокая на земле плотность Лениных на квадратный метр. В 1991 году здесь было 5500 статуй, в то время как во всей России — 7000. Но площадь России больше в 28 раз. Теперь, по официальным данным, в стране не осталось ни одного памятника. Наше дело — задавать вопросы о декоммунизации: как к ней отнеслись жители? Как она проводится и что этот процесс может нам рассказать о стране?

Новобогдановка, 30 сентября 2016 года.

Деревня Коржи пытается продать свой памятник за 15 000 долларов, чтобы найти средства на местный детский сад и школу. Желающих купить Ленина за такие деньги пока не нашлось. Местный механик, ответственный за продажу, готов к тому, что ему придется сдать памятник на металлолом меньше чем за 3000 долларов.

Высота этой головы больше двух метров. Раньше она стояла на площади перед Чернобыльской АЭС имени В.И. Ленина, а теперь хранится вместе со средствами для уборки. Несмотря на утверждения властей о заражении памятника, значительного уровня радиации не было обнаружено.

Ваши фотографии памятников почти абсурдны: мы видим одинокое туловище без головы, безжалостно выставленное в поле, или бюст, заваленный игрушками. Как вы пришли к такому кадрированию и такой съемке?

Аккерман: Моя цель как фотожурналиста — снимать предметы как есть, без постановки. И я настаиваю на этом еще больше, когда вижу современные скандалы в документальной фотографии, связанные с поэтапной съемкой или ретушью. Я делаю все возможное для мощных и красивых фотографий, но мы ничего не добавляем и не передвигаем.

Очень часто нам даже приходится просить людей ничего не трогать, когда они показывают нам памятники. Важно показывать статуи такими, какие они есть сейчас. Не допускать никаких уловок и просто показывать упадок и заброшенность, а в некоторых случаях, наоборот, прославление. Есть что-то завораживающее в том, когда видишь статуи, некогда стоявшие в центре больших городов, а теперь ставшие раздражающим мусором, который только зря занимает место на каком-нибудь дворе. Это немного похоже на советское прошлое Украины: люди его не выбирали, но оно здесь.

Гоберт: Еще в нашем исследовании важно то, что мы никогда никого не судим. Мы не говорим, хорошо или плохо то, что мы видим и слышим. Это не наша история. Мы иностранцы, и было бы неуместно и неподобающе оценивать то, как украинцы обращаются со своим советским прошлым.

Что мы можем сделать — так это предоставить широкий обзор ситуации и показать миру сложность проблемы. Мы можем считать, что имеет смысл демонтировать памятники Ленину. Но это не такое консенсусное решение, как нынешнее. То же самое с идеей того, чтобы сохранить памятники, преобразовать их, но сберечь. Кроме того, сам по себе снос памятников не решит многих вопросов. Куда они отправятся? Что будет дальше? Какой будет память о них? Именно такая философия стоит за нашими фотографиями и историями. Мы хотели показать, что этот вопрос не решен.

Село Шабо, Одесская область. 21 ноября 2015 года.

Как вы выбирали, какие именно памятники отыскать и сфотографировать?

Каждый раз, когда у нас была возможность сфотографировать памятник и добраться до него, мы это делали. В некоторых случаях понадобились долгие переговоры, в некоторых это было дело пятиминутного общения. В среднем на работу над каждым памятником уходила неделя. Первые статуи мы находили, просто забивая случайные запросы в «Google Картинки». Набирали по-украински «Ленин гараж» или «Ленин [название города]» а потом выбирали самое удивительное изображение из тех, что могли найти. Это привело нас к статьям об опрокидывании, а они иногда давали информацию о нынешнем расположении памятника.

Часто это оказывалось сложно, потому что для мертвого парня Ленин передвигается довольно быстро. Его памятники перевозят, переделывают, ломают, крадут, продают… Иногда мы опаздывали буквально на несколько дней. Мы также организовали широкую работу в социальных медиа. Люди, заинтересованные в нашей работе, рассказывали нам о расположении Ленина и помогали с контактами.

Иногда люди, которых мы встречали, начинали говорить с нами, рассказывать что-то, жаловаться, кричать. Общая тенденция такова, что всем и каждому есть что сказать о Ленине. Ты просто говоришь слово «Ленин», и люди начинают выражать эмоции. Когда дело доходит до других советских памятников или мозаик, люди обычно несколько минут размышляют, прежде чем ответить. В случае с Лениным у всех есть уже готовое мнение.

Конечно, нам встречались подозрительные и закрытые люди. Например, мы поняли, что Ленина с Бессарабской пощади забрал частный коллекционер, и сделал это нелегально. Поэтому он ведет себя осторожно и отказывается говорить с нами, несмотря на неоднократные наши попытки связаться.

У нас была смешная история с городской администрацией Мелитополя, города на юго-востоке Украины. Мы знали, что в городе было три памятника, которые сняли и куда-то поставили. Мы попросили разрешения их увидеть. Мы звонили. Мы писали письма. Мы просили помощи у высокопоставленных людей. Мы дважды туда ездили. Говорили с несколькими госслужащими. Ничего не сработало.

Единственный ответ мы получили от пресс-службы города: «Мы не можем позволить вам увидеть наши памятники Ленину. Ваш проект не изображает наш город и нашу страну в позитивном свете». Тут есть что-то общее с советской эстетикой: все должно быть ярким и блестящим, даже если реальность за этим фасадом ржавая и пыльная.

С другой стороны, были люди, которые связались с нами сами: «У меня есть Ленин, приходите выпить со мной чаю и сделать фото». Это случилось с нами совсем недавно в Киеве.

Тепловка, 26 июля 2016 года.

Интересно поразмышлять о таком буквальном, физическом отказе от старых политических идеалов, который показал «Ленинопад», особенно в свете нынешних споров о сносе памятников генералам Конфедерации в США. Как вы считаете, почему некоторым людям так важно уничтожить эти статуи?

Гоберт: Прежде всего, существуют сильные эмоциональные факторы, которые выходят за рамки любых идеологических убеждений. Ностальгия по лучшему времени, когда окружающая среда была не так загрязнена, города были чище, у людей была работа, люди были моложе. Мы наблюдали многие из этих реакций на Украине, где люди на протяжении жизни переживали огромные потрясения.

Если говорить шире, я бы сказал, что отношения между архитектурой и властью, а также между памятниками и горожанами — это вопрос коллективного ощущения идентичности. Во время одной презентации нас спрашивали: «Почему у парижан до сих пор существует станция метро “Сталинград”, почему некоторые улицы и школы названы в честь Ленина?»

Это не вопрос идеологии — скорее политических и интеллектуальных представлений. Это сделано для того, чтобы хранить память о некоторых именах, которые в какой-то момент определяли историю и повлияли на развитие мира. То же самое действует для Украины. Ленина поколениями использовали как знак определенной идентичности, как элемент речи, как культурную отсылку. Свергнуть Ленина — значит убрать его как из публичного пространства, так и из интеллектуального. Это обязывает людей найти новые ориентиры, а это сложный и болезненный процесс.

Как вы считаете, имеет ли право на существование аргумент о художественной ценности этих памятников? Или их политическое значение слишком сильно, чтобы они могли существовать и к ним относились объективно?

Аккерман: Опять же, на этот вопрос не может быть единого ответа. Среди 5500 монументов, установленных на Украине, большинство были отлиты промышленным способом с конкретных копий, чья художественная ценность была очень небольшой. Но есть и такие, что ценны как произведения искусства и сделаны из благородных металлов.

Во время одного из наших выступлений освещался интересный момент: то, как некоторые советские памятники потеряли свое политическое значение. Это можно сказать в основном о некоторых декоративных мозаиках. На них смотрели просто как на красивые произведения искусства, а их смысл воспринимался как довольно нейтральный. Но с началом декоммунизации люди вдруг увидели в этих мозаиках советскую пропаганду, потому что они были созданы в СССР. Теперь некоторым из них придется исчезнуть.

Недавно я был в Екатеринбурге, и там на центральной площади города стоит памятник Ленину. Но если посмотреть на фотографии по этому геотегу в инстаграме, вы найдете меньше процента снимков с этой огромной статуей. Она даже не обозначена на большинстве городских карт. Памятник есть, но никому до него нет дела. В то время как на Украине прежде редко случались такие громкие дебаты на этот счет. Иногда я думаю: возможно, убрав Ленина из своих городов, украинцы сделали его как никогда главной темой в своих головах.

Украинский художник Александр Милов переделал этого Ленина в Дарта Вейдера из «Звездных войн». Памятник находится во дворе на окраине Одессы. 12 ноября 2015 года.

Нос харьковского памятника Ленину, бывшего самым большим на Украине. Это фото было сделано, когда нос выставлялся в арт-центре Пинчука в Киеве как часть инсталляции Евгении Белорусец «Давайте снова соберем голову Ленина». 2015 год. Снято 5 февраля 2016 года.

Частный коллекционер собрал у себя много советских памятников, включая десятки изваяний Ленина. Он хранит их на одном складе с материалами, необходимыми для его бизнеса, связанного со стеклом. 2 февраля 2016 года, Харьков.

Голову Ленина из Днепропетровска передали в городской исторический музей. Он лежит в хранилище, потому что учреждению не хватает ресурсов, чтобы выставить его для посетителей. 13 ноября 2015 года.

Запорожье. 31 марта 2015 года.

Группа «Сокол» утверждает, что все памятники Ленину в радиусе 100 километров от Кривого Рога были снесены. Они хотели продать их и на эти деньги оплатить медицинскую помощь своему другу, раненому в Донбассе. 8 июня 2016 года.

Славянск. 15 сентября 2015 года.

Склад в Харькове. 2 февраля 2016 года.

Тот же склад. 2 февраля 2016 года.

Кременчуг. 30 марта 2016 года.

Смотрите также: Украина конца 80-х глазами западных фотографов,
10 самых жутких заброшенных мест в России

Рубрики: историяУкраина

Самые горячие темы

Новые посты

Система Orphus