Как майнят золото в XXI веке

Если вы считаете, что майнинг придумали деятели в области блокчейна и криптовалют, вы глубоко ошибаетесь. Майнингом люди занимались задолго до крипты. Они добывали то, на чем сотни лет строились все товарно-денежные отношения на нашей планете, — золото.

Что вы вообще знаете о добыче золота? Скорее всего, вам сразу же представятся бородатые старатели на ручье далеко в тайге, с железными лотками в руках намывающие золотой песок, или драга с решетом, просеивающим тонны воды в поисках самородков. Все как показывают в вестернах и фильмах о золотой лихорадке в Америке или Австралии. Но в XXI веке это происходит немного иначе. И чтобы узнать, как же именно, мы отправились на Дальний Восток, где сосредоточена основная масса добычи драгоценных металлов в России.

Конечно же, в наши дни остались и добыча рассыпного золота, и поиск самородков, но в промышленных масштабах самый благородный из металлов добывают совершенно другим способом — на карьерах и в шахтах. Причем добывают отнюдь не из золотых жил, как может показаться неосведомленному человеку, а в буквальном смысле из камня, самого обычного на первый взгляд камня. Привет средневековым алхимикам! Их мечта сбылась в XX-XXI веках.

Это не означает, что можно вот так взять и прийти в любое место, взять лопату с киркой, нагрузить камней в тележку и отправиться превращать их в золото 999 пробы. На самом деле это довольно сложный и трудоемкий процесс, в котором занята целая армия специалистов: геологи находят золотоносные руды и горизонты (как правило, они находятся в малоосвоенных и труднодоступных местах), инженеры разрабатывают проект карьера или шахты, затем нужно построить дорогу к будущему месторождению, пригнать огромное количество необходимой техники и оборудования, построить вахтовый поселок или даже небольшой городок, обеспечить электро- и водоснабжение, быт нескольких сотен, а то и тысяч рабочих и только затем приступить к разработке месторождения и добыче золота.

Мы подъезжаем к мосту через один из притоков Амура. Водитель останавливает машину, достает из багажника оранжевую мигалку на магните и закрепляет ее на крыше нашей Toyota Prado. После этого на несколько минут отходит в сторону поговорить по мобильному телефону. Там, за мостом, на другом берегу реки, связи уже нет, и ее не будет на протяжении нескольких сотен километров — аж до вахтового поселка Албазино. Связываться с этой точки с поселком — обязательное правило: если в пути что-то произойдет и машина не прибудет через примерное расчетное время, помощь может прийти только оттуда.

От Амурска — более 400 километров по тряскому зимнику, по которому движутся лишь лесовозы, фуры с золоторудным концентратом, ползущие с месторождения, да любопытные лисы с зайцами.

До Албазино мы добираемся ближе к вечеру без каких-либо приключений. Это уникальное, богатое золотом месторождение, известное еще с 1912 года. Больше 100 лет назад в ручье Большой Куян и его притоке — ключе Ивановском — были открыты золотые россыпи. В 1954 году Херпучинское приисковое управление подтвердило наличие в этих местах золота, а в 1989 году старший геолог Нижнеамурской геолого-разведочной экспедиции Анатолий Курочкин в ходе поисково-оценочных работ открыл здесь месторождение. Одну из новых рудоносных зон в честь младшей дочки-любимицы он назвал Анфисой. Сейчас это имя носит самый большой карьер, из которого извлекают золотоносную руду. Кроме Анфисы, есть еще прииски Ольга, Надежда и Екатерина. Совсем недавно нашли еще одну рудную зону и назвали ее Фарида — в честь гостеприимной сотрудницы отдела персонала Варваринского месторождения в Казахстане.

С 2011 года Албазино разрабатывает Polymetal, одна из крупнейших золотодобывающих компаний России.

Глядя на снующие по горизонтам Анфисы 100-тонные самосвалы, которые в масштабах карьера выглядят крохотными муравьями, невольно задаешься вопросом: это же сколько золота добыли из такой гигантской ямы? Это же миллионы и миллионы тонн руды!

Здесь важно понимать, что далеко не все в карьере содержит в себе золото. Даже не так: золото содержится только в определенных слоях и горизонтах в самых разных частях карьера. Эти участки нужно, во-первых, найти, во-вторых, добраться до них и, в-третьих, извлечь богатую золотом руду. Именно ее отвезут на обогатительную фабрику, а все остальное — это так называемая стерильная порода, которая уходит в отвал.

Иногда, чтобы добраться до золотоносного горизонта, приходится несколько дней десятками самосвалов вывозить пустую породу. В упрощенном виде разработка карьера — это постоянно вывозить пустую породу (ее называют вскрышей) в поисках золотосодержащей руды. Взрывать, рыхлить, вывозить. Снова взрывать и снова вывозить. Все это происходит под постоянным контролем геологов, которые ежедневно забирают с разрабатываемых участков сотни проб грунтов и в онлайн-режиме отправляют их в лабораторию в нескольких километрах от карьера. В лаборатории 24 часа в сутки измельчают породу и колдуют над ней, чтобы выплавить то, что в ней есть. По данным этих сотен проб специалисты ежедневно обновляют интерактивную карту карьера, чтобы понимать, где добрались до нужного участка, а где нужно продолжать вывозить пустую породу.

На фоне миллионов тонн отвала золотосодержащие горизонты выглядят каплей в море. Еще меньше капля становится, если вдуматься в цифры содержания золота в «богатой» руде. Показатель 7 граммов на тонну считается очень хорошим. Если золота больше — это вообще удача. 7 граммов на тонну! А теперь представьте, сколько скрыши придется переместить, чтобы добраться до этой тонны с 7 граммами золота, и глаза вообще округляются. Какие гигантские усилия ради желтого металла! Вот уж действительно драгоценный металл.

Чтобы понять все масштабы золотого майнинга, вот вам несколько цифр: на Горно-обогатительном комбинате, на котором мы побывали, добыли более 40 тонн золота во флотоконцентрате. А это значит, что из карьера на поверхность подняли 6 миллионов тонн полезной руды. Это 60 тысяч самосвалов! Если их выстроить друг за другом, колонна растянется почти на 700 километров. Сколько же стерильной руды было извлечено для добычи золотосодержащей, одному богу известно.

Но самое интересное во всей этой истории — то, что самого золота ни один из работающих здесь людей не видит. Ведь золотое сырье выглядит как горы самого обыкновенного камня, визуально не отличающегося от обычного щебня. Дальше его отправят на обогатительную фабрику, где произведут золоторудный концентрат. Затем отвезут на гидрометаллургический комбинат. Вот уже на нем получают слитки. Только это не те золотые слитки, как мы их понимаем, а слитки сплава доре — промежуточный продукт. Их отправят на аффинажный завод, и только там золото приобретет свою конечную форму золотых слитков 999,9 пробы. Но обо всем этом длинном пути мы расскажем в следующих материалах.