Четыре класса в одной комнате: как выглядела сельская школа в 1964 году

В 1964 году ленинградский фотограф-любитель Людмила Таболина привезла в тверскую деревню плёночную камеру «Смена-6» и сняла урок в маленькой сельской школе. За партами одной комнаты сидели сразу четыре класса — с первого по четвёртый, у одной круглой печки. Тот кадр стал первым шагом полувекового фотопроекта о русской деревне, а заодно — случайным документом уходящей эпохи: страна как раз готовилась вернуться от 11-летнего школьного курса к привычной десятилетке. Рассказываем, как жила и училась советская сельская школа 60 лет назад.

Один урок — четыре класса одновременно

Школа находилась в деревне Быстрое Вышневолоцкого района — тогда Калининской, сейчас Тверской области. Деревня существует и сегодня, добраться до неё можно и по нынешним картам. В 1964 году здесь работала обычная для советского села малокомплектная школа: без параллельных классов, с одним педагогом на всех.

Российская педагогическая энциклопедия называет такую школу малокомплектной: несколько начальных классов сводили в один комплект численностью не менее 15 детей, и учил их один учитель сразу. Формат сохранялся в советских деревнях до начала 1970-х годов, потому что построить отдельное здание и нанять четырёх педагогов для десятка учеников было невозможно.

Пока учитель объяснял новую тему одному классу, остальные получали самостоятельное задание: переписать упражнение, решить пример, прочитать отрывок вслух про себя. Это требовало от детей непривычной для городской школы дисциплины, зато вчерашние первоклашки быстро привыкали слушать программу старших и заранее знали, что их ждёт через год.

Как выглядел день сельского первоклассника

К 1964 году всеобщее восьмилетнее образование в СССР уже действовало по всей стране — закон об этом приняли ещё 24 декабря 1958 года, а завершили переход к 1962-му. Начальная школа при этом оставалась четырёхлетней: только в 1966 году её сократят до трёх лет. Поэтому четвёртый класс на фотографиях Таболиной — это ещё полноценная, а не сокращённая ступень.

Форма для девочек тех лет — коричневое платье с чёрным будничным или белым праздничным фартуком, для мальчиков — серый костюм полувоенного покроя. С 7 до 9 лет школьники входили в октябрятскую организацию и носили пятиконечную звёздочку с портретом маленького Ленина, а к третьему-четвёртому классу часть детей уже принимали в пионеры и повязывали красный галстук.

Писали перьевыми ручками, макая перо в чернильницу-непроливашку: шариковая ручка получит массовое распространение в СССР только со второй половины шестидесятых. Учебником для первого класса служил всё тот же букварь, по которому училось не одно поколение крестьянских детей до них.

До ближайшей полной средней школы деревенским детям нередко приходилось идти несколько километров пешком, особенно после четвёртого класса, когда начальная школа заканчивалась. Кроме того, зимой путь по сугробам занимал заметно больше времени, чем осенью или весной.

Год, когда школу вернули к десяти классам

1964 год оказался переломным для всей советской школы, и снимки Таболиной сделаны прямо на этом стыке. Шестью годами раньше, в декабре 1958-го, Верховный Совет СССР принял закон об укреплении связи школы с жизнью: обязательное образование выросло с семи до 8 лет, а полное среднее — с 10 до 11 лет с обязательной производственной практикой.

Эксперимент с 11-леткой не прижился. 10 августа 1964 года ЦК КПСС и Совет министров СССР приняли постановление о возвращении к десятилетнему сроку обучения — то же лето, когда Таболина фотографировала урок в деревне Быстрое. Переход был не мгновенным: в 1966 году школы выпустили сразу два потока — из 10-го и из 11-го класса.

На сельской малокомплектной школе эти реформы отражались слабо: производственную практику вводили прежде всего в старших классах городских школ, а 4-летняя начальная программа менялась мало. Тем не менее в воздухе уже витало ощущение перемен, о которых учителя и родители читали в районных газетах.

Печка-голландка и парты на весь класс

Комнату грела круглая изразцовая голландка — компактная и высокая, не в пример громоздкой русской печи с лежанкой. Её топили дровами раз-два в день: тепла хватало надолго, если только не стояли сильные морозы.

В углу у входа висели пальто и шапки — единственная вешалка на весь класс. У большинства девочек были одинаковые косички, заплетённые матерями по одному и тому же образцу, принятому в деревне. Парты стояли рядами по классам: первый класс ближе к учителю, четвёртый — дальше, у окна.

Кроме того, деревянные полы и бревенчатые стены хранили тепло хуже кирпичного здания, поэтому пальтишки часто снимали не сразу, а лишь после того, как в классе становилось по-настоящему тепло.

Деревня Быстрое и фотограф, которая осталась ей верна

Людмила Таболина родилась 2 июня 1941 года в городе Вышний Волочёк Калининской области. После школы работала делопроизводителем и вязальщицей на трикотажной фабрике, а в 1961 году поступила на химический факультет Ленинградского технологического института. Там же, под влиянием однокурсницы-фотографа, увлеклась съёмкой.

С 1964 по 1981 год Таболина состояла в фотоклубе Дома культуры имени Горького в Ленинграде. Именно в 1964-м она сняла серию «Школа в Быстром» — тот самый урок в одной комнате. Первым её фотоаппаратом была простая «Смена-6», доступная почти любому советскому любителю.

Этот урок оказался не случайным эпизодом, а началом дела всей жизни. В 1964 году Таболина начала работу над циклом «Деревня», который продолжала до 1990 года, регулярно приезжая в соседнюю деревню Ладыгино зимой и летом, осенью и весной. Сегодня её работы хранятся в Государственном Русском музее, Мультимедиа Арт Музее в Москве, Музее истории фотографии в Санкт-Петербурге и Музее российской фотографии в Коломне.

Где эта деревня сегодня

Быстрое Вышневолоцкого района не исчезло с советской карты, как многие малые деревни. Оно существует и сегодня, хотя малокомплектную школу из четырёх классов в одной комнате там давно не встретить: систему таких школ страна постепенно свернула в 1970-е годы, заменив их более крупными школами с подвозом детей на автобусах.

Снимки Таболиной остаются едва ли не единственным подробным визуальным свидетельством того, как выглядел обычный школьный день в русской глубинке шестидесятых годов — без постановки и без парадности, именно таким, каким он был на самом деле.

2 февраля 1964 года обычный урок в деревне Быстрое никто не считал историческим — учительница вела занятие, дети выводили буквы в тетрадях, а печка грела комнату, как грела её каждую зиму. Но именно эта обыденность и делает снимки Таболиной ценными: она случайно поймала момент, когда страна меняла школьную систему в кабинетах министерств, а деревенская жизнь текла по своим неспешным правилам — с одной вешалкой в углу, одной печкой на класс и одной учительницей на четыре программы разом.

Смотрите также:
Советская молодёжь 60-х глазами американского фотографа,
Школьная форма,
Как проходила жизнь каждого советского школьника