Секс и брак во время Великого переселения народов: что историки знают о личной жизни готов, вандалов и гуннов

Тацит называл германцев образцом добродетели, а Аммиан Марцеллин — дикарями без чувства меры. Разница в оценках — не случайность: у готов, вандалов и гуннов не было своей письменности, и вся их личная жизнь дошла до нас через чужие, часто пристрастные глаза. Особенно ярко это видно на примере Аттилы, у которого, по свидетельству современников, были десятки жён, а свадьба с последней из них закончилась его смертью. В этой статье разбираем, что известно о браке и любви готов, вандалов и гуннов — от военного приданого германских женихов до вестготских законов, уравнявших готов и римлян.

Противоречивые источники

Прежде чем говорить о браках варваров, нужно признать главную проблему. Своей письменности у готов, вандалов и гуннов не было. Всё, что мы знаем о них, дошло через тексты греческих и римских авторов — людей чужой культуры, часто враждебных к описываемым народам.

Тацит написал «Германию» около 98 года, идеализируя германцев на фоне распущенности Рима. Текст почти на тысячу лет затерялся в библиотеках. Заново его нашли в 1425 году, в аббатстве Херсфельд. Эта находка позже сильно повлияла на европейские представления о собственных «варварских» корнях.

Аммиан Марцеллин писал о гуннах во второй половине IV века и использовал совсем другие краски. В его труде гунны — почти нелюди, не знающие ни брака, ни верности, ни оседлой жизни. Для сравнения: главный источник о готах — «Getica» Иордана. Он появился лишь около 551 года, спустя полтора века после самих событий, на основе несохранившейся работы Кассиодора.

Ни один из этих авторов не стремился к объективности. Тацит использовал образ «благородных дикарей», чтобы обличить пороки самого Рима. Марцеллин пугал читателя ордами с востока. Поэтому каждый факт из античных источников стоит читать с поправкой на то, зачем он вообще был написан.

Германский идеал: моногамия и «военное приданое»

Тацит описывал германцев как убеждённых сторонников моногамии, и на фоне римских нравов это выглядело почти подвигом добродетели. Мужчины и женщины вступали в брак поздно — по мнению автора, это укрепляло союз. Изменившую жену ждал суровый публичный позор перед всей общиной.

Необычным был и сам ритуал сватовства: не невеста приносила приданое жениху, а наоборот. Мужчина дарил будущей жене коня, щит и копьё-фрамею — не украшения, а снаряжение для войны. Подарок означал, что муж и жена вступают в военный союз. Оба должны быть готовы к смерти с первого дня совместной жизни.

Женщины у германцев нередко сопровождали мужей в военных походах. Они подбадривали воинов криками, иногда перевязывали раны прямо на поле боя. Пара делила единый быт — военный и домашний, без строгого разделения ролей.

Полигамия германской знати: политика, а не распущенность

Единодушие германцев в вопросах брака касалось простых общинников. У знати правила были другими: вожди иногда брали в жёны сразу нескольких женщин, но не ради удовольствия, а как политический инструмент.

Свадьба с дочерью соседнего вождя скрепляла союз племён надёжнее устного договора. Родство обязывало помогать в войне и делиться добычей. Такие браки заключали расчётливо — приданое и союзные обязательства обсуждали почти как условия делового договора.

Римские авторы охотно путали политический расчёт германской знати с восточной роскошью гарема. Для самих германцев многожёнство вождя не было развратом. Оно было ценой лидерства и обязательством перед племенем, а не привилегией для личного удовольствия.

Гуннская альтернатива: степная логика

Гуннская культура работала по совершенно другим правилам степи. В 448 или 449 году византийский дипломат Приск побывал при дворе Аттилы и оставил редкое по подробности описание увиденного.

Главной женой Аттилы Приск называет Креку. У неё был собственный резной деревянный дом, где она принимала гостей, лёжа на мягких войлочных подстилках. Крека родила Аттиле троих сыновей — Эллака, Денгизиха и Эрнака, которые позже разделили между собой остатки его державы.

Помимо Креки у вождя гуннов было множество других жён. Об этом писал Приск, а позже, ссылаясь на его утраченный текст, об этом же сообщил историк Иордан — он назвал число жён «бесчисленным». Для степных культур многожёнство вождя не было экзотикой. Как и левират — обычай, при котором вдова умершего мужчины переходила в жёны к его брату. Эта практика сохраняла ресурсы внутри рода и защищала женщину и детей в мире с высокой смертностью мужчин.

Смерть Аттилы: конец эпохи

Драма разыгралась в 453 году: Аттила решил жениться в очередной раз — на молодой германской девушке Ильдико. Свадебный пир прошёл шумно, вождь гуннов пил без меры и уснул на спине, тяжело опьянённый.

Ночью у него открылось обильное носовое кровотечение. Кровь не нашла привычного выхода и потекла в дыхательные пути — Аттила захлебнулся во сне. Смерть обнаружили только утром, когда стража, заподозрив неладное, выломала двери спальни.

Античные авторы превратили эту гибель в притчу о пьянстве и роковой женщине. На деле история проще: несчастный случай оборвал жизнь одного из самых грозных правителей эпохи. Уже через год гуннский союз племён начал разваливаться на части.

Научный спор: существовали ли Friedelehe и Kebsehe

В начале XX века немецкий правовед Герберт Мейер ввёл в науку два понятия. Первое — Friedelehe, «брак по любви», от древневерхненемецкого слова «возлюбленный». Второе — Kebsehe, сожительство свободного мужчины с несвободной женщиной. В 1927 году Мейер утверждал: у древних германцев наряду с законным браком существовали и «неформальные» союзы. В них жена не переходила под полную власть мужа.

Современные историки эту теорию не подтверждают. В 2006 году американская исследовательница Рут Мазо Каррас опубликовала работу «История брака и миф о Friedelehe». Она показала: ни один средневековый источник напрямую не описывает такую форму союза. Позже к похожему выводу пришли и другие учёные — Эльза Эбель, Карл Хайдекер, Андреа Эсмиоль. Мейер, как выяснилось, вырывал цитаты из контекста, а скандинавские саги, на которые он опирался, его теорию не подтверждают.

Чёткого деления на «настоящий» и «неформальный» брак у германцев, скорее всего, не существовало. Границы между супружеством и сожительством были размытыми и зависели не от юридического статуса, а от признания отцом детей законными наследниками. Современная историография называет Friedelehe не забытым обычаем, а историографическим конструктом — идеей, которую исследователи начала XX века спроецировали на скудные источники.

Растворившийся народ: вандалы после Юстиниана

Вандалы обосновались в Северной Африке в 429 году под предводительством короля Гейзериха, и их судьба сложилась иначе, чем у готов или гуннов. Королевство просуществовало чуть больше века и рухнуло в результате Вандальской войны 533–534 годов — конфликта с Византией. Армией Юстиниана Первого командовал полководец Велизарий.

В марте 534 года последний вандальский король Гелимер сдался в плен у горы Паппуа. Победители поступили с побеждёнными жёстко и практично: боеспособных вандальских мужчин массово переселили на восток и включили в состав византийских военных частей. Так империя одним ударом лишила вандалов и армии, и политической опоры.

Женщины и оставшееся население смешались с местными жителями Северной Африки — об этом писал современник событий Прокопий Кесарийский. Смешанные браки стали обычным делом уже в первом поколении после завоевания. Своей отдельной письменности вандалы, как готы и гунны, так и не оставили. Через несколько десятилетий их язык и обособленная идентичность исчезли почти полностью.

От варваров к «испанцам»: Вестготский кодекс

Готы обосновались на Пиренейском полуострове ещё в начале V века, но долго жили рядом с римским населением по разным законам. У готов действовало германское право, у римлян — римское, и разрыв между двумя системами создавал путаницу.

Реформу начал король Хиндасвинт около 643 года, а завершил её сын Реккесвинт. В 654 году был обнародован единый свод законов — Liber Iudiciorum, «Книга приговоров», позже названный Вестготской правдой. Кодекс впервые уравнял готов и римлян перед законом: отныне и те и другие юридически именовались просто «испанцами».

В кодексе подробно расписаны правила брака и права женщин на наследство, там же — наказания за измену. Здесь уже нет германского обычая публичного позора и варварской логики войны. Право строилось на смеси германских традиций, римской юридической техники и христианской этики.

Этот документ стал точкой, где заканчивается история варварских обычаев и начинается история европейского права в привычном нам смысле. Личная жизнь, включая брак и измену, отныне регулировалась не молвой предков, а письменным законом. Это отличало вестготскую Испанию VII века от мира Тацита и Аммиана Марцеллина.

История личной жизни готов, вандалов и гуннов — это прежде всего история источников: того, что римляне и греки готовы были заметить и записать. За идеализированным образом верных германских пар и за карикатурой на диких гуннов скрывались практичные системы. Они помогали народам выживать в эпоху войн и переселений. К VII веку эти системы уступили место писаному праву.

Как вы думаете, могли ли браки на военном партнёрстве и политическом расчёте быть крепче, чем союзы по любви?

Смотрите также:
Любовь, гарем и мрамор: какой была интимная жизнь в Могольской Индии,
Заниматься сексом в Средневековье было очень непросто,
Повседневная жизнь викингов: как жили воины Севера,
10 странных заблуждений о Древнем Риме