Похищенные «Господней армией сопротивления»

С начала 90-х в центральной Африке действовала «Господня армия сопротивления» — угандийская парахристианская повстанческая группировка, проводящая свою беспощадную кампанию террора. Ее лидер Джозеф Кони – бывший католический катехизатор и самопровозглашенный угандийский пророк, заявлял, что его армия исполняет приказы духов, которые слышит только он. Численность его сторонников сокращается, однако мятежники начали похищать детей, чтобы пополнить свои ряды.

Армия похитила около 66 тысячи несовершеннолетних, 12 тысяч из которых уже мертвы. Кому-то удалось сбежать. Указанный здесь возраст детей был действителен на момент, когда были сделаны фотографии.

Похищенные девушки рожают прямо в лесах, отчего многие дети умирают еще во время родов. Выжившие растут в лагерях армии, зачастую становясь боевиками. «Это был мой первый ребенок, я не знала, что происходит. Жуткие боли начались рано утром. Я два дня работала в полях. Слава Богу, все это потом закончилось, но я не знала, как мне быть с ребенком, я ведь была одна в лесу, а если на меня нападут?» В южном Судане Марлен удалось сбежать и вернуться в семью, которая была безумно рада снова увидеть дочь, которую они уже считали мертвой. Однако соседи считают, что ей стоило оставить ребенка в джунглях.

В мае в США был выпущен ордер на арест Кони и его главнокомандующих. Позднее, Белый Дом решил избежать прямого вмешательства. «Они все еще здесь, и мы боимся. Нам нужна помощь, чтобы они не возвращались». Говоря шепотом, Бонифаце вспоминает трогательное воссоединение со своими родственниками после почти годовой разлуки, когда его похитила «Господня армия сопротивления». Но он все еще боится за своих братьев и сестер, которых могут похитить в любой момент.

Армия особенно интересуется мальчиками в возрасте от 12 до 16 лет. Физически подростки практически приравниваются к взрослым солдатам. У них так же не до конца развит страх смерти, а значит ими легче манипулировать, и меньше шансов, что они сбегут. «Я был в армии месяц, а потом начались учения. Наша задача была убивать всех, кого мы встретим в полях или на дороге, или даже просто тех, кто не захочет нести награбленное. И я стал одним из них». После побега Оливье провел отряд конголезских солдат обратно в лагерь ГАС и таким образом поспособствовал облаве, в результате которой были освобождены десятки похищенных детей. Вернувшись в семью, он узнал, что его дом ограбили, а отец больше не в состоянии платить за его обучение в школе.

Несмотря на то, что в регионе, в котором действует ГАС, присутствуют миротворцы ООН, они пока не в состоянии развернуть свои силы в тех областях, где дела обстоят особенно тяжело. А без их защиты большинство гуманитарных и благотворительных организаций не могут нормально функционировать на этих территориях, и жертвы ГАС возвращаются в свои разграбленные дома без единой надежды на помощь. «У нас нет ничего, — говорит Мболикиа. – Мы выживаем только благодаря земледелию и продаже алкоголя, который сами делаем. Но этого недостаточно». В ноябре 2009 года ее с мужем похитили мародеры из ГАС. Тогда их похитители заставили их тащить на себе отнятые у них же вещи. Затем солдаты убили мужа Терезы. Позже ей удалось вернуться в родную деревню, к своей сестре и ее сыну Фрэнку, которые тоже когда-то были похищены людьми из ГАС.

Солдаты «Господней армии сопротивления» зачастую одеваются в униформу местных военных и полиции, чтобы беспрепятственно проникать в деревни и похищать детей. В мае прошлого года мятежники появились на дороге рядом с поселком в северном Конго, где жил Мерси. В форме солдат конголезской армии они ходили от деревни к деревне, а некоторые даже говорили на языке лингала, на котором разговаривают в этом регионе. Некоторые жители даже выходили поприветствовать военных, после чего те вдруг приказывали им лечь на землю и связывали. Люди из ГАС забрали 34 местных жителя, но многим удалось сбежать, когда боевики ГАС случайно наткнулись на конголезского солдата, и началась перестрелка. Мболингако был одним из 10 детей, который поймали мятежники. Его отпустили месяц спустя, когда на базу, где его держали, напали солдаты конголезской армии.

Солдаты ГАС могут похищать целые семьи, окружая отдаленные деревушки, в которых нет никаких представителей власти. Обычно детей забирают, родителей используют для черной работы, а стариков попросту убивают. Даже после того, как армия ГАС уходит, а похищенные жители возвращаются домой, все же жизнь этих маленьких сообществ никогда уже не сможет вернуться в нормальное русло «Когда пришли боевики, мы охотились. В тот день они забрали семь моих родственников. Сейчас мы больше не живем вместе», — говорит Флорианн. После ее похищения в Конго в ноябре 2009 года она провела семь месяцев в лагере армии ГАС. Ей удалось сбежать, и теперь она живет в маленькой хижине с тремя девушками, которые тоже когда-то были похищены ГАС. Теперь девушки выживают, торгуя на рынке мясом, которое сами не могут позволить себе из-за нищеты.

Когда-то Мболигеле тоже похитили боевики ГАС, а сейчас она лежит в больнице, тоскуя по своим детям, которых у нее отняли. «Мне отрезали губы и ухо, — говорит он. – Все, что мне оставалось делать – молиться и вести себя тихо». Армия часто заставляет детей изувечивать похищенных.

Боевики ГАС часто заставляют похищенных детей убивать. Эта практика должна помочь новичкам влиться в группу, ожесточить отношения с сообществами и сломить их человечность. «Мы напали на деревню и схватили старика. Мы связали его и отвели в лес. Один из мятежников взял бревно и велел мне размозжить старику череп, — вспоминает Артимас. – Я спросил, зачем это нужно, но мне сказали, что если я этого не сделаю, то займу его место. Я взял бревно и убил старика. Перед смертью старик не вымолвил ни слова». Артимасу удалось сбежать и вернуться домой после 21 месяца, проведенного в лагере ГАС. Он говорит, что часто вспоминает тех, кого ему пришлось убить, а соседи его боятся.

Более 60% похищенных были сильно избиты. На четверть из них нападают с оружием. Многих заставляют убивать других похищенных, иногда даже собственных родственников. «Мой муж был очень плохим человеком. Он избивал меня и насиловал. Но, думаю, он меня все равно любил. Я была его пятой и самой младшей женой. Когда нас похитили, в конце пути я уже не могла идти. Меня оставили прямо на дороге, а всех остальных убили». Несмотря на свое освобождение Савилья еще не вернулась домой, так как ее семья боится, что похитители снова придут за ней.

Нападения «Господней армии самообороны»заставило около 450 тысяч гражданских покинуть свои дома. Закрылись многие школы – а именно на школы часто нападают боевики ГАС в поисках «свежей крови». «Я бы хотел, чтобы школы снова открылись…, — говорит Дэниел. – У меня часто бывают ночные кошмары, я не могу нормально спать. Я так хочу, чтобы все мятежники просто исчезли». Глубокий шрам на голове каждый день напоминает Дэниелу о жестоких побоях.

У Кони десятки «жен». «Я думала, — «я же маленькая девочка, а он старик. как я могу с ним спать?» — говорит Валентина. Однажды, приготовив ужин Кони, Валентина оказалась перед лицом смерти: ее обвинили в колдовстве и приговорили к смертной казни. Под страхом смерти она сбежала и долгие дни вынуждена была искать себе пропитание в лесах.