На ладони святого Влаха

Полтора десятилетия назад здесь абсолютно всё было подсчитано. Дома и улицы, люди и скульптуры, деревья, кошки и собаки… Дубровник, пострадавший от сербских артналётов, выставил агрессору счёт за каждую разбитую черепицу, каждый осколок, застрявший в древней оконной раме. Теперь он снова дремлет. Новая, курортная часть города приняла на себя толпы курортников, оставив ему покой и неспешную память.

Мир без автомобилей

Даже на фоне непростого рельефа Хорватии старый Дубровник – экзотика. То, что по нынешним меркам можно назвать городской улицей, здесь наличествует в единственном экземпляре. Правда, имеет два имени: Плаца, то бишь площадь, и Страдун, то бишь улица, на хорватско-венецианском суржике. Это засыпанный городской канал, поэтому он сохраняет более или менее горизонтальную поверхность. Прочие пути либо слишком узки для автомобиля, либо представляют собой сплошные крутые лестницы.

От ворот Плоче и колокольни доминиканского монастыря в высокий сезон стартуют поутру фаланги, манипулы и клинья плановых туристических групп. И сюда же вскоре возвращаются – строем вырвавшейся из котла роты, взмыленные и задыхающиеся. Спешка, суета… Чтобы узнать старый Дубровник, в нём надо жить, неизбежно подчиняясь его ритму…

Дымок сгоревших нефтепродуктов долетает в город только из Старого порта, пристанища рыбаков и яхтсменов. И растворяется в зелени… Несмотря на сплошной камень, на тенистых лестницах и взлётах Дубровника зелень изобильна. Деревья растут в горшках и кадках, тщательно опекаются местными жителями и являются для них таким же мерилом престижа, как личный кот для заключённого.

Мир без ГОСТов

С крепостной стены город представляется скоплением одинаковых крыш. Это понятно: черепица здесь выделывается из того же материала, что и столетия назад, а размашистые слуховые окна обязательны для адриатического побережья с его жёсткими юго-восточными штормами ноября. Вблизи же каждый дом неповторим. Что тоже понятно: при таком-то рельефе, при ярусной застройке…

Непонятно – почему и княжий дворец, и собор святого Влаха, и францисканский, и доминиканский монастыри, и даже многочисленные львы у самых старых домов Дубровника сразу и надолго западают в память самого матёрого путешественника. Почему кажутся одновременно узнаваемыми в своём лаконичном католичестве и совершенно непохожими на собратьев из Вены, Рима и даже Загреба. Непонятно, что чувствовали здесь гастарбайтеры-архитекторы. Свободу от надоевших канонов? Вольницу города, не знавшего единоличного правления? Восторг от возможности воплощать замыслы с нуля?

Их лепные ангелы и львы не скрывают пола. Их святые и апостолы схвачены в динамике обычной человеческой жизни: у колодцев, у колыбелей, на лесистых склонах, с вязанками хвороста, в окружении зверей. Их святой Влах, покровитель города, сотни лет стоит в нише собора и держит Дубровник на правой ладони, всё ещё не чувствуя его тяжести.

Мир без иллюзий

Единоличный начальник у города всё же был: князь-ректор, глава аристократического сената, выбиравшийся сроком на месяц. Его запирали во дворце одного, по вечерам сдавали на хранение ключи от городских ворот, по утрам – забирали обратно. На этом его власть заканчивалась… Горожане никогда не питали иллюзий по поводу добрых царей.

И вряд ли верили девизу «Свобода не продаётся за всё золото мира» на воротах форта, охранявшего Дубровник с моря. Стены его, обращённые к морю, имеют толщину 12 м, обращённые к городу, к направленным на форт пушкам крепости – чуть больше полуметра. Это на крайний случай, если ежемесячно сменяемый комендант гарнизона всё же успеет зажраться и задумать бунт.

Здесь квартирует независимый насмешливый реализм. Экскурсанту честно скажут, что святой Влах был армянином и в город прибыл лишь после смерти, и то частично. Что Ричард Львиное Сердце, финансировавший строительство собора Вознесения Богородицы, так и не поинтересовался результатом. Поведают со смехом, что Роланд, стоящий на площади с неизменным своим мечом Дюрандалем, оказывается, погиб за три года до того как, по преданию, защитил город от сарацин…

Дубровник дремлет, как старик на солнечной веранде, сохранивший ясность мысли и лёгкость тела. Века высушили его, научили экономить движения и слова, но не отняли ни стойкости, ни добродушия, ни интереса к жизни.

Если вы решите посетить Дубровник — воспользуйтесь удобным сайтом для поиска туров Level.Travel.