Женщина, которую трижды не взяли на фронт: она продала всё и купила танк

Осенью 1941 года в Томске работала телефонисткой немолодая женщина с тёмными глазами и усталым лицом. Звали её Мария Октябрьская. В эвакуацию она привезла вещи, вышивки, швейную машинку. Жила при артиллерийском училище, куда устроилась по специальности. И ждала писем с фронта от мужа — полкового комиссара Ильи Октябрьского. Потом пришла похоронка. Илья погиб под Киевом. В военкомат она ходила трижды. Трижды получала отказ: туберкулёз позвоночника в анамнезе, да и возраст уже за сорок. Тогда Мария решила купить танк.

Крестьянская дочь из Крыма

Мария Гарагуля родилась 16 августа 1902 года в деревне Кият близ Джанкоя — в крестьянской семье, где росло десятеро детей. Дата рождения в источниках расходится: часть документов называет 1905 год. Объяснение этому нашлось: когда отец отвёз дочь в Джанкой на учёбу, она давно вышла из возраста первоклассницы. Отец указал 1905-й, чтобы приняли. С тех пор два года кочевали из документа в документ.

После смерти матери в 1919 году Мария вернулась домой помогать отцу. В 1921-м перебралась сначала в Джанкой, где окончила шесть классов, потом — в Симферополь. Работала на консервном заводе, затем выучилась на телефонистку. Там и познакомилась с будущим мужем — Ильёй Рядненко, ветераном Гражданской войны и курсантом кавалерийской школы. В 1925 году поженились. Оба взяли фамилию Октябрьские.

Жизнь складывалась из переездов: муж — военный, семья следовала за его назначениями. Мария не просто сопровождала мужа — она занималась. Окончила курсы медицинской помощи, получила шофёрское удостоверение, освоила пулемёт, заработала звание ворошиловского стрелка. Среди жён командного состава славилась изысканными вышивками — скатерти, салфетки, полотенца. Другие жёны диву давались: когда она всё успевает?

Письмо Сталину и ответ из Кремля

Когда в военкомате окончательно отказали, Мария с сестрой начала копить. Продала все ценности, взятые в эвакуацию. После смены на телефонной станции садилась за пяльцы и вышивала до поздней ночи. В письме сестре признавалась: «Дышать некогда». К весне 1943 года на счету в Госбанке лежало 50 тысяч рублей — фантастические по тем временам деньги.

Мария написала телеграмму Сталину:

Ответ пришёл из Кремля:

3 мая 1943 года Марию Октябрьскую зачислили в Омское танковое училище. Ей шёл пятый десяток. Рядом учились парни вдвое моложе. Она занималась на отлично. В октябре 1943 года вышла из училища сержантом — первой в стране женщиной, получившей специальность механика-водителя танка.

Экипаж «Боевой подруги»

Экипаж сложился такой: командир — гвардии младший лейтенант Пётр Чеботько, башенный стрелок Геннадий Ясько, стрелок-радист Михаил Галкин. И Мария — за рычагами. На заводе в Сибири, где шла доводка машины, на башне с обеих сторон вывели: «Боевая подруга». Осенью 1943 года пополнение прибыло на станцию Вышегор под Сафоново. Танк Октябрьской зачислили во 2-й батальон 26-й гвардейской Ельнинской танковой бригады 2-го гвардейского Тацинского танкового корпуса Западного фронта.

На фронтовом митинге Мария выступила: «До границы Германии ещё не так близко, но мы дойдём до неё. Буду громить немцев, пока бьётся моё сердце». Бойцы, увидевшие в экипаже женщину впервые в жизни, замолкали. Потом история облетела весь корпус.

Первый бой состоялся 21 октября 1943 года у деревни Новое Село на Витебщине. В гусеницу попал снаряд — три трака выбиты, машина скатилась в овраг. Эвакуация не вышла: немцы не давали подойти, обстреливая из миномётов. Экипаж принял решение не покидать машину. Двое суток держались: днём отстреливались, ночью под огнём ремонтировали. 23 октября «Боевая подруга» вернулась в строй. Командир батальона поблагодарил экипаж по радио. Мария получила лёгкое ранение, в медсанвзвод не пошла.

Ноябрьский бой и письмо сестре

В ноябре 1943 года «Боевая подруга» ворвалась в расположение противника у деревни Новое Село Дубровенского района Витебской области. Танк уничтожил пушку и около 50 немецких солдат и офицеров. В письме сестре Мария написала: «Можете за меня радоваться — получила боевое крещение. Бью гадов. Иногда от злости не вижу света».

Однополчане звали Марию «мамой». Она была в экипаже старшей — по возрасту и по выдержке. Умела вести машину точно и без лишних потерь. Командир бригады отмечал в документах: «Тов. Октябрьская с любовью заботливо относилась к боевой машине. Её танк не имел вынужденных остановок и поломок».

Последний бой у станции Крынки

18 января 1944 года, район станции Крынки Витебской области. «Боевая подруга» шла в атаку. Танк раздавил три пулемётные точки и до 20 солдат противника. Снаряд ударил в левый ленивец — ходовая часть вышла из строя. Нужно выходить и чинить. Под огнём. Мария вышла из машины.

Осколок разорвавшейся рядом мины настиг её у гусениц. Ранение в голову — глаз, большое полушарие мозга. С поля боя вынесли на носилках. На самолёте доставили в полевой госпиталь в Смоленске. Операция. Провалы в памяти. Жар.

16 февраля 1944 года однополчане приехали навестить: начальник политотдела бригады гвардии полковник Николай Гетман вручил ей орден Отечественной войны I степени. Последним приехал майор Топок — с подарками и письмами от бойцов. Они писали «маме».

15 марта 1944 года Мария Васильевна Октябрьская скончалась. Похоронили с воинскими почестями у Смоленской крепостной стены, в Сквере Памяти Героев.

Герой Советского Союза — посмертно

2 августа 1944 года Указом Президиума Верховного Совета СССР Марии Васильевне Октябрьской присвоено звание Героя Советского Союза посмертно. В наградном листе, подписанном командиром 26-й гвардейской танковой бригады гвардии полковником С. К. Нестеровым, записано: «Тов. Октябрьская на приобретённом ею танке за наличный расчёт отомстила фашистам за смерть своего мужа».

Экипаж Петра Чеботько прошёл всю войну. Танки подбивали ещё трижды. Каждый раз на башне новой машины бойцы выводили: «Боевая подруга». В память о своей «маме». Четвёртая «Боевая подруга» закончила боевой путь под Кёнигсбергом в 1945 году.

В 2020 году в Смоленске, напротив могилы, установили памятник. На постаменте выгравирован текст её телеграммы Сталину. Навечно занесена в списки своей части. Её имя носят улицы в нескольких городах России и Белоруссии.

Мария Октябрьская могла просто внести деньги в фонд обороны — их принимали у всех. Но ей нужно было быть там, где погиб муж: в бою, за рычагами. Деньги были только ключом к этой двери. Ключ сработал.

Что вас поражает в этой истории больше всего — решимость женщины, которую трижды отказали, или то, что экипаж сохранял имя «Боевая подруга» до самого Кёнигсберга?

Смотрите также:

• Советские женщины-снайперы, которых нацисты боялись как огня
• 5 самых результативных советских женщин-снайперов ВОВ
• Ветераны Великой Отечественной: портреты