Математик решил задачу, которую не могли решить 100 лет. Потом отказался от миллиона — и ушёл собирать грибы

Что нужно сделать, чтобы вас раздражал человек, которому от вас ничего не нужно? Григорий Перельман доказал гипотезу Пуанкаре — задачу, открытую с 1904 года. Отказался от медали Филдса. Отказался от миллиона долларов. Живёт в Петербурге с матерью и не даёт интервью. 13 июня 2026 года ему исполнилось 60 лет. Портрет человека, которого невозможно купить — и невозможно понять по стандартным меркам успеха.

Мальчик из ленинградского кружка

Григорий Яковлевич Перельман родился 13 июня 1966 года в Ленинграде. Отец, Яков Наумович, работал инженером-электриком; в 1993 году он уехал в Израиль. Мать, Любовь Лейбовна Штейнгольц, осталась в Петербурге — она преподавала алгебру и геометрию в профессиональном училище и, по всей видимости, первой показала сыну, что математика бывает красивой.

В пятом классе Гриша попал в математический кружок при Дворце пионеров. Вёл его Сергей Рукшин — молодой преподаватель, чьи воспитанники потом десятилетиями собирали медали на международных олимпиадах. Из того же кружка вышел Станислав Смирнов, будущий лауреат медали Филдса 2010 года. Рукшин видел в Перельмане не просто способного ребёнка, а человека с редкой для школьника чертой: он не торопился, не гнался за красивым ответом и не боялся задач без решения.

После восьмого класса Перельман перевёлся в 239-ю физико-математическую школу — одну из лучших в стране. Учился только на отлично. Золотую медаль по окончании не получил из-за физкультуры: нормативы ГТО ему не давались. Эта деталь очень точно описывает человека, который умеет игнорировать правила, мешающие главному.

В 1982 году, в 16 лет, Перельман в составе советской команды поехал на Международную математическую олимпиаду в Будапешт. Он набрал максимально возможный балл, решив все задачи без единой ошибки. Благодаря победе на олимпиаде его приняли на математико-механический факультет Ленинградского государственного университета без экзаменов — и в том же году, в 16 лет, вместо стандартных 17.

Задача, которой сто лет не было решения

Чтобы понять, что сделал Перельман, нужно хотя бы в общих чертах представлять, что такое гипотеза Пуанкаре. Французский математик Анри Пуанкаре сформулировал её в 1904 году, и звучит она так: всякое трёхмерное замкнутое пространство, в котором любую петлю можно стянуть в точку, является сферой — пусть и очень сложно устроенной.

Проще говоря: представьте, что вы натянули резинку на яблоко. Как бы вы её ни двигали, она в конечном счёте стянется в одну точку. А теперь наденьте ту же резинку на бублик: она застрянет в дырке и никуда не денется. Пуанкаре утверждал: если резинка всегда стягивается — значит, перед вами сфера. Для двухмерных поверхностей это давно доказано. Для трёхмерных пространств — нет.

На протяжении XX века лучшие математики мира бились над этой задачей. Некоторые даже объявляли о решении — и ошибались. В 2000 году Математический институт Клэя включил гипотезу Пуанкаре в список семи «задач тысячелетия» и назначил за каждую из них премию в 1 млн долларов. К тому моменту задача оставалась открытой уже 96 лет.

Важно понимать: гипотеза Пуанкаре — это не прикладная задача. Она не про то, как построить мост или создать лекарство. Она про устройство пространства как такового. Если наша Вселенная конечна и замкнута, её форму можно описать именно такими понятиями. Это математика в чистом виде — ради понимания, а не ради применения.

Семь лет в одиночку

В 1995 году Перельман вернулся из США, куда ездил на несколько лет работать в американских университетах — Курантовском институте в Нью-Йорке, в Стони-Бруке и Беркли. В Беркли ему предложили постоянную должность. Отказался. Ему предложили место в Стэнфорде. Тоже отказался. Вернулся в петербургский Математический институт им. Стеклова (ПОМИ) и закрылся от мира.

Следующие 7 лет он работал над доказательством гипотезы Пуанкаре. Почти никто не знал, чем он занимается. Коллеги видели его редко; публикаций не было. Американский математик Ричард Гамильтон разработал в начале 1980-х метод «потока Риччи» — математического инструмента, который деформирует пространство, как будто разглаживает его. Идея была перспективной, но дальше определённой точки не шла: при деформации возникали «особые точки», где метод ломался.

Перельман нашёл способ обойти эти точки. Он разработал технику «хирургии» — метод аккуратного «разрезания» пространства в критических местах с последующим продолжением деформации. Это позволило довести доказательство до конца.

В ноябре 2002 года на сайте препринтов arXiv.org появилась первая из трёх статей. Без журнальной рецензии, без предварительного объявления, без пресс-релиза. Просто: «Вот работа. Пользователь Grisha Perelman». В марте и июле 2003 года вышли вторая и третья части. Суммарный объём — около 68 страниц. Для доказательства задачи, над которой сто лет работали сотни математиков.

Проверка, которая заняла четыре года

Мировая математика остановилась. Несколько независимых групп — в США, Китае и Европе — принялись разбирать работы Перельмана строчка за строчкой. Доказательство было новаторским и очень плотным: чтобы понять каждый шаг, требовались месяцы. В 2006 году журнал Science назвал доказательство Перельмана «научным прорывом года» — впервые в истории этот титул получила работа по математике.

В том же году Перельману присудили медаль Филдса — высшую награду в математике, которую называют «Нобелевской премией для математиков». Вручение планировалось на конгрессе математиков в Мадриде, в присутствии испанского короля Хуана Карлоса I и трёх тысяч участников. Президент Международного математического союза специально прилетел в Петербург — и провёл с Перельманом 10 часов, уговаривая принять награду.

Перельман выслушал все доводы. Потом сказал: «Это не имеет никакого значения. Всем понятно: если доказательство верно, то никакого другого признания не требуется». В день церемонии он, по имеющимся сведениям, пошёл в лес за грибами.

Через четыре года, в марте 2010 года, Математический институт Клэя официально подтвердил решение гипотезы и присудил Перельману премию в 1 млн долларов. Это был первый и до сих пор единственный случай присуждения такой премии за «задачу тысячелетия».

Почему он отказался

В июле 2010 года Перельман окончательно отказался от миллиона. Деньги в итоге получил Институт Пуанкаре в Париже. Это был уже второй публичный отказ от крупнейших премий в математике — после медали Филдса в 2006 году. В 2011 году он отказался и от предложения стать членом Российской академии наук.

В 2011 году Перельман дал единственное известное интервью — продюсеру Александру Забровскому. Из него стало известно, что математик думает о своей работе не как о решённой задаче, а как об открытии нового инструмента. «Я научился вычислять пустоты. Мы с коллегами познаём механизмы заполнения социальных и экономических пустот. Пустоты есть везде», — сказал он.

Своё отношение к медали Филдса он объяснил коротко и без позы. Суть сводилась к одному: если доказательство верно, внешнее подтверждение ничего не добавляет. Если неверно — тем более не нужно.

Есть и другое объяснение, которое он давал в частных разговорах. Математическое сообщество, по его мнению, несправедливо устроено: репутация и связи там нередко значат больше, чем результат. Эту несправедливость он видел своими глазами — в том числе в попытке части китайских коллег приписать себе значительную долю его доказательства. В декабре 2005 года, ещё до всех официальных наград, Перельман уволился из ПОМИ и прервал почти все профессиональные контакты. Не потому что обиделся. Потому что решил не участвовать в том, что считал нечестным.

Жизнь, которую он выбрал

Сейчас Григорию Перельману 60 лет. Он живёт в Петербурге — предположительно в той же квартире, что и прежде, вместе с матерью. Редкие появления на людях фиксируют соседи и случайные прохожие. Журналисты пытаются взять интервью и получают отказ. Никаких новых публикаций нет.

О его образе жизни ходит много слухов: что он питается только хлебом и молоком, что стал вегетарианцем, что пересчитывает каждую копейку. Часть этих историй восходит к реальным наблюдениям; часть, судя по всему, домыслы. Соседи, которых спрашивали журналисты, говорят об одном: человек живёт тихо, ни с кем не конфликтует и выглядит по-своему спокойным.

Важно другое: у нас нет никаких оснований считать, что он страдает. Нет признаков того, что он прячется от чего-то, чего боится. Он просто сделал выбор — и живёт с ним.

Что остаётся

В 2007 году газета Daily Telegraph поставила Перельмана на девятое место в списке ста живущих гениев. В его честь назван астероид 50033 — открытый в январе 2000 года швейцарским астрономом Стефано Спозетти. Гипотеза Пуанкаре остаётся единственной из семи «задач тысячелетия», которая на сегодняшний день решена.

Перельман не оставил нам интервью, мемуаров или объяснений на будущее. Он оставил три препринта на arxiv.org и последовательное поведение, которое красноречивее любых слов.

Мы привыкли думать, что успех измеряется признанием. Что человек, сделавший что-то великое, должен это признание принять — из уважения к тем, кто его присуждает, к традиции, к сообществу. Перельман с этим не согласен. И его несогласие не агрессивно, не демонстративно — оно просто есть.

Что мы называем успехом? И почему нас так задевает человек, которому наши критерии успеха совершенно безразличны?

Смотрите также:
Алан Тьюринг: математик, взломавший «Энигму» и создавший компьютер