Почему мошенник в интернете называется «сомом»: история кэтфишинга от рыбацкого мифа до глобальной аферы

Нев Шульман был обычным нью-йоркским фотографом, когда 8-летняя девочка из Мичигана прислала ему картину по почте. Он ответил. Познакомился с её «старшей сестрой». Влюбился. Несколько месяцев писал письма, говорил по телефону, строил планы на встречу. Но когда приехал — обнаружил, что никакой сестры не существует. На самом деле за перепиской стояла 40-летняя замужняя домохозяйка: она создала 21 фейковый профиль, чтобы поддерживать иллюзию целой семьи. Именно этот случай дал имя одному из самых распространённых видов интернет-обмана. Рассказываем, как рыбацкая притча стала термином, который знает весь мир, — и почему кэтфишинг превратился из частной драмы в глобальную индустрию с оборотом в миллиарды.

Рыбацкая притча, которая стала термином

Всё началось в 2010 году, когда на экраны вышел фильм «Catfish» (в российском прокате — «Как я дружил в социальной сети»). Снимали его брат Нева, Ариэль Шульман, и его друг Генри Джост — оба документалисты. Камера фиксировала, как 24-летний фотограф Нев Шульман строил онлайн-роман с «19-летней певицей» Меган из Мичигана.

Несколько месяцев романтики, сотни сообщений и глубокая эмоциональная привязанность привели его в Мичиган. Но вместо юной певицы его ждала 40-летняя замужняя домохозяйка Анджела Уэссельман. Она ухаживала за двумя пасынками с тяжёлой инвалидностью и искала отдушину от быта в интернете. Анджела создала не менее 21 фейкового аккаунта, чтобы поддерживать иллюзию целой семьи вокруг выдуманного персонажа. Позже в интервью ABC News она сказала: «Я манипулятор — мой муж именно так меня и называет. Я никогда не думала, что настолько в это втянусь».

Когда обман раскрылся, муж Анджелы, Винс, рассказал Неву притчу прямо в кадре. Раньше треску перевозили из Аляски в живом виде в больших баках. В пути рыба становилась вялой и теряла вкус. Чтобы этого не случилось, в баки подсаживали сомов — catfish. Те не давали треске расслабляться, заставляли её двигаться. В конце Винс добавил: в жизни тоже есть такие люди — они держат нас в напряжении, не дают успокоиться.

С этого момента слово «кэтфишер» вошло в обиход. Так стали называть тех, кто крадёт чужую личность или выдумывает несуществующую — чтобы манипулировать людьми в интернете. Фильм получил 80% на Rotten Tomatoes и запустил целую медиафраншизу: в 2012 году MTV выпустил реалити-шоу «Catfish: The TV Show», которое выходит до сих пор.

Манти Тео: когда обман попадает на обложки

История Шульмана была частной драмой. Скандал 2012–2013 годов доказал: кэтфишинг способен разрушить карьеру мирового уровня. Звезда студенческого футбола из университета Нотр-Дам Манти Тео публично переживал смерть своей девушки Ленни Кекуа от лейкемии — после того как та пережила автокатастрофу. История была настолько трогательной, что попала на обложку Sports Illustrated. Тео посвятил ей целый сезон — один из лучших в своей карьере.

Проблема была в одном: Ленни Кекуа никогда не существовала. За «умирающей девушкой» стоял мужчина по имени Ронайя Туйасосопо — сейчас он идентифицирует себя как трансгендерная женщина по имени Найя. Ронайя не просто создала профиль в соцсетях. Она годами вела телефонные разговоры с Тео, мастерски имитируя женский голос. Когда Тео пытался выйти на видеосвязь, в кадре всегда было чёрное окно — «сломанная камера», «плохой интернет». Фотографии были украдены у одноклассницы.

В январе 2013 года спортивный сайт Deadspin опубликовал расследование и раскрыл мистификацию. Скандал шокировал: как образованный, успешный атлет мог так долго верить в фантом? Позже Тео рассказал об этом в документальном сериале Netflix «Untold: The Girlfriend Who Didn’t Exist». По его словам, он правда был влюблён — просто не в того человека, которым Кекуа притворялась. История Тео наглядно показала: кэтфишеры бьют в самые уязвимые места — потребность в любви, признании и сочувствии.

Индустрия обмана: фабрики мошенников в Юго-Восточной Азии

Кэтфишинг давно перестал быть делом одиночек. По данным ООН, в 2023 году около 120 000 человек в Мьянме и ещё около 100 000 в Камбодже принудительно работали в так называемых скам-центрах. Это огромные охраняемые комплексы — некоторые занимают больше 500 акров и напоминают небольшие города с многоэтажными зданиями и собственной инфраструктурой. Люди попадают туда, откликнувшись на объявления о «хорошей офисной работе», а оказываются в трудовом рабстве.

Работники вынуждены вести сотни аккаунтов одновременно, использовать готовые скрипты и нейросети для общения с жертвами по всему миру. Рабочий день длится от 12 до 17 часов. Тем, кто пытается бежать, грозит физическое насилие. ИНТЕРПОЛ выпустил специальное глобальное предупреждение об этой угрозе и зафиксировал, что скам-центры работают при прямом попустительстве — а нередко и при соучастии — местных властей и чиновников. Американцы ежегодно теряют в результате организованного онлайн-мошенничества, связанного с этими структурами, более 16,6 млрд долларов.

Эксперты ООН по правам человека в 2025 году назвали ситуацию «гуманитарным кризисом» и призвали международное сообщество к немедленным действиям. В комплексах содержатся жертвы из более чем 66 стран — Китая, Индии, Бразилии, Филиппин, Кении, стран Восточной Европы.

Четыре лица кэтфишинга: от любви до шантажа

Романтический обман — самый массовый вид. Его цель, как правило, финансовая. По данным Федеральной торговой комиссии США (FTC), в 2023 году американцы потеряли на романтических мошенничествах 1,14 млрд долларов. Это наибольший показатель потерь среди всех видов мошенничества с самозванцами. Медианный убыток на одну жертву составил 2 000 долларов, хотя пожилые жертвы нередко теряли десятки тысяч. Около 40% пострадавших познакомились с мошенником в социальных сетях.

Корпоративный кэтфишинг — другой распространённый вид. Мошенники создают профиль «коллеги», «партнёра» или «эксперта» и под этим прикрытием получают доступ к коммерческой тайне или корпоративным системам. Цель здесь не романтика, а промышленный шпионаж.

Отдельно стоит секстори (sextortion) — шантаж с интимным контентом. Жертву втягивают в доверительную переписку, добиваются откровенных фото или видео, а потом угрожают опубликовать их или разослать знакомым. По данным Moody’s, число таких случаев выросло на 150% в 2023 году по сравнению с 2022-м. Кроме этого, кэтфишинг используют для мести — выманивая личные данные у бывших партнёров или недругов, чтобы потом использовать их против жертвы.

Психологический ущерб во всех случаях сопоставим с финансовым. Жертвы теряют доверие к людям, впадают в тревожность и социальную изоляцию. Исследования фиксируют долгосрочные последствия, сравнимые с последствиями реальной утраты близкого человека.

Портрет кэтфишера: тёмная тетрада

Кто стоит по ту сторону экрана? Учёные из австралийского Federation University в 2023 году опросили 664 участника из Австралии, США и Канады и выяснили: склонность к кэтфишингу статистически связана с четырьмя чертами личности. Исследователи назвали их «тёмной тетрадой» — психопатия, садизм, нарциссизм и макиавеллизм.

Сильнейшим предиктором оказался садизм — удовольствие от чужой боли. Психопатия предполагает безразличие к социальным нормам и чужим чувствам. Нарциссизм — завышенное самомнение и ощущение собственного превосходства. При этом макиавеллизм — холодный расчёт и манипулятивность — статистически предиктором кэтфишинга не стал, что удивило самих авторов исследования.

Вопреки распространённому образу «скучающей домохозяйки», большинство участников опроса, признавших кэтфишинг-поведение, — мужчины. Возраст в исследовании не являлся определяющим фактором: мошенники встречаются в любой возрастной группе. Общее у них одно — получение удовольствия от контроля над чужими чувствами и эмоциями.

Как распознать «сома» в мутной воде интернета

У кэтфишеров есть устойчивые паттерны поведения — и зная их, можно вовремя насторожиться. Первый и главный признак — категорический отказ от видеосвязи под любым предлогом: сломанная камера, плохой интернет, запрет по «профессиональным соображениям». Именно так вёл себя Ронайя Туйасосопо с Манти Тео: при каждой попытке выйти на видеосвязь в кадре было только чёрное окно.

Второй признак — стремительное сближение. Профессионалы называют это «любовной бомбардировкой»: мошенник признаётся в любви уже через несколько дней, создавая у жертвы ощущение судьбоносной встречи. Цель — как можно быстрее выстроить эмоциональную зависимость, пока жертва не успела задать неудобных вопросов.

Третий — фотографии. Если снимки выглядят слишком профессионально или слишком идеально, их стоит проверить через поиск по картинкам (Google Images или TinEye). Фото нередко крадут у малоизвестных блогеров из других стран — именно так поступала Ронайя Туйасосопо, использовавшая снимки бывшей одноклассницы.

Четвёртый — узкий круг контактов и недавняя дата создания аккаунта. Аккаунт с пятью друзьями и историей в две недели — весомый повод насторожиться. Сам по себе этот признак ничего не доказывает, но в сочетании с другими сигналами картина становится яснее.

Наконец — просьбы о деньгах или откровенных фото на ранних стадиях общения. Спросите себя: стали бы вы делать это с едва знакомым человеком в реальной жизни? Если ответ «нет» — в интернете логика та же.

Когда сом становится чудовищем

Кэтфишинг эксплуатирует лучшее в людях — способность доверять, сопереживать и влюбляться. Рыбацкая притча про сома и треску была про пользу: сом не давал рыбе расслабляться и помогал ей выжить. В реальном кэтфишинге «сом» оставляет после себя разрушенные отношения, опустошённые счета и утраченное доверие к миру.

Нейросети, которые всё чаще используют в преступных целях, делают подделку голосов и видео доступной даже для тех, кто не разбирается в технологиях. Грань между реальным человеком и его цифровой копией становится тоньше с каждым годом. Быть бдительным — не значит быть параноиком. Это значит задавать вопросы раньше, чем успеешь влюбиться в фантом.

Как вы считаете: кэтфишинг — это исключительно вина мошенника? Или в эпоху доступной информации мы сами стали слишком неосторожными в сети?

Смотрите также:
— Аферисты использовали фотографии известной модели на порносайтах, чтобы выманивать деньги