Холодное лето 1816 — как изменение погоды повлияло на мировую историю

С каждым годом негативное влияние человека на климат становится все более очевидным. Катастрофическое таяние ледников, наводнения, лесные пожары и множество других негативных явлений — это расплата за потребительское отношение к нашей планете. А она способна жестоко мстить и отличным наглядным примером может стать 1816 год. Этот урок, тогда еще незаслуженный человечеством, должен заставить нас задуматься.

За всю историю метеорологических наблюдений, 1816 год был самым аномальным. Его не зря называют «Годом без лета» — Европа и Северная Америка стали жертвой сильного понижения среднегодовой температуры, которое на самом деле продолжалось не один год, а три, и оказало серьезное влияние на человечество.

Холодам предшествовала другая серьезная катастрофа. В 1815 году началось извержение вулкана Тамбора на индонезийском острове Сумбава. Это был самый масштабный катаклизм такого рода в истории человечества. Извержение началось взрывом, который было слышно за 2600 км от острова. Количество вулканического пепла и пара было таким, что в радиусе 600 км от вулкана на три дня наступила кромешная тьма.

На побережья островов Индонезии обрушилась четырехметровая волна цунами, несущая смерть и разрушения. По самым скромным подсчетам само извержение и его последствия стоили жизни 71 тысяче жителей архипелага. Но это было далеко не все.

Огромное количество пепла, поднявшееся в атмосферу, вызвало в Северном полушарии эффект вулканической зимы, которая забрала в течение последующих трех лет еще сотни тысяч жизней в разных уголках планеты. Проще говоря, в 1816 году долгожданное лето в Северном полушарии просто не наступило.

Извержение Тамборы привело к понижению среднегодовой температуры воздуха на 2,5 градуса. Казалось бы немного, но последствия были устрашающие. Из-за похолодания в марте весна не пришла и температура в Европе и Америке оставалась зимней.

Июнь и июль на большей части Европы ознаменовался заморозками, которые в некоторых странах, например, в Германии, сопровождались сильными бурями, ливнями и градом. Рейн вышел из берегов, затопив огромные территории, а Швейцарию несколько раз за лето накрывало снегопадами. Примерно такие же события происходили и на Североамериканском континенте, от Аляски и до Панамского перешейка.

Три года Северное полушарие не видело летнего тепла, что привело к неурожаям и голоду. В конце лета 1816 года начали расти цены на зерно и к лету 1818 они поднялись более чем в 10 раз. Относительно повезло в этом отношении Российской империи, которая из-за своей значительной протяженности не так пострадала из-за катаклизма. Но пшеницы и ржи, закупленных в России, все равно не хватало.

Для Европы, еще полностью не оправившейся от наполеоновских войн, это было слишком серьезное испытание. Во многих странах на фоне голода начались эпидемии брюшного тифа и холеры, а также народные волнения. Кое-где возмущение масс выходило за рамки обычных беспорядков и превращалось в погромы и открытый грабеж складов, лавок и магазинов, с убийствами и поджогами.

В Швейцарии ситуация настолько накалилась, что властям пришлось вводить чрезвычайное положение и комендантский час. В одной из самых благополучных стран Европы люди убивали друг друга за еду и занимались мародерством. В небольшой Ирландии за три года от голода и болезней погибли почти 100 тысяч человек.

В надежде спастись от голода и беспорядков, десятки тысяч европейцев оставляли свои дома и бежали за океан, в Америку. Они не знали, что там их ждет практически те же самые проблемы, но усугубленные местными социальными и природными особенностями, к которым многие оказались совсем не готовы.

Почувствовала на себе последствия «Года без лета» и Азия. В 1816 году в индийской Бенгалии началась свирепая эпидемия холеры, вызванная мутировавшим от изменения климата вибрионом. Перед болезнью оказались беспомощны не только местные жители, но и колониальные войска. Почти треть личного состава британской армии, размещенного в южных и центральных штатах Индии, не пережили эпидемию.

Вспышка болезни затянулась на долгие годы и захватила соседние и даже весьма отдаленные страны. В 1830–1831 годах холера докатилась до европейской части России и убивала людей, не различая сословий. Официальная статистика гласит, что погибло 200 тысяч жителей империи, но эта цифра может быть сильно занижена.

Александр Сергеевич Пушкин пережидал самый опасный период эпидемии в своем имении Болдино. Наиболее продуктивный период творчества поэта, «болдинская осень», связан именно с этим глобальным бедствием. В Европе катаклизм, связанный с холодом, голодом и болезнями, также активизировал творческую интеллигенцию.

Мэри Шелли, лорд Байрона и Джона Полидори проводили холодное лето 1816 года на вилле у Женевского озера, где из-за непогоды и беспорядков были вынуждены сидеть взаперти. В этом период родился сюжет романа «Франкенштейн, или Современный Прометей» Шелли, повесть «Вампир» Полидори. Последнее произведение открыло целую эпоху вампиров в литературе и вдохновило Брэма Стокера на создание его «Дракулы». Но это был единственный положительный момент трехлетнего холода.

Плотно населенный Китай одним из первых почувствовал последствия катастрофы. Холод уничтожил посевы риса, что означало для империи голод, болезни и войны. Так и случилось — сначала население начало умирать от недоедания и эпидемий, а затем взялось за дубины и вилы. Грянули «опиумные войны», вызванные переходом местного сельского хозяйства с выращивания риса на менее прихотливый опиумный мак.

Поднебесная, ставшая всемирным поставщиком опиума, была атакована Британской империей, к которой позже присоединилась Франция. Опиумные войны продолжались до 1860 года и унесли сотни тысяч жизней. Таким образом, извержение индонезийского вулкана продолжало убивать людей даже спустя полвека.

Бедствия, затянувшиеся на долгие годы, дали толчок ученым и изобретателям. Многие великие умы XIX столетия увидели направление, в котором нужно двигаться, чтобы избежать повторения несчастий.

Химик Юстус фон Либих, едва не ставший в детстве жертвой голода в Дармштадте, посвятил свою жизнь изучению питания растений и создал первые минеральные удобрения. Сказался катаклизм и на техническом прогрессе. Массовая гибель европейских лошадей от бескормицы навела на мысль барона Карл фон Дреза, который в 1817 году впервые запатентовал велосипед.

Совершенно очевидно, что в наши дни последствия массового похолодания или потепления будут более катастрофическими, так как их будет отличать масштаб и необратимость. Мы уже начинаем расплачиваться за свое отношение к нашей планете и, возможно, скоро она призовет нас к ответу.

Смотрите также: Мир в руинах,
Каким видели наше будущее кинофантасты прошлого,
Глобальное изменение климата в фотографиях NASA: до и после