Рыцари запрещенки, как работали и жили советские фарцовщики

В Советском Союзе, где всё «народное» было одинаково серым, существовала своя параллельная вселенная. В ней пахло иностранными сигаретами, джинсовая ткань считалась твёрдой валютой, а заветное слово «фирма» открывало двери в мир красивой жизни. Эту вселенную создали фарцовщики — люди, которые умели достать всё. Джинсы, значки, пластинки, журналы, технику и даже простые безделушки, на которые сегодня никто бы не взглянул, тогда превращались в объект карго-культа. А карго-культ, как известно, отлично продавался.

Стиляги, иностранцы и подпольный бизнес

Фарцовка зародилась в 1960-х годах и расцвела в следующем десятилетии. Корнями она уходила в субкультуру стиляг, которые первыми в СССР озаботились тем, как выглядеть «не как все». Именно их спрос на красивые и необычные вещи породил целую теневую индустрию с оборотом в тысячи, а то и десятки тысяч рублей. Исчезла эта система вместе с Советским Союзом на рубеже 1980–1990-х годов.

В популярном фильме «Самая обаятельная и привлекательная» как раз показан такой «домашний шоурум» — квартира, где торговали привезёнными из-за границы вещами. Фарцовщики были разными: были профессионалы, для которых это стало основной работой (они числились, скажем, сторожами), и любители, которые изредка продавали случайно доставшиеся импортные трофеи знакомым или сдавали в комиссионки.

От горничной до администратора: цеховая иерархия

Ремеслом фарцовки в СССР занимались представители самых разных профессий. Моряки дальнего плавания и стюардессы, военные из зарубежных контингентов и студенты, таксисты, спортсмены и артисты — словом, все, у кого был доступ к дефицитному импортному товару.

Особенно процветала так называемая гостиничная фарцовка. Здесь система была отлажена до автоматизма, и у каждого была своя роль. Горничные меняли спиртное на мелочи вроде зажигалок и колготок. Администраторы этажей «работали» с дорогой одеждой — джинсами, куртками, пальто. Главными же «бизнесменами» были официанты, которые меняли икру и коньяк на электронику. Сами сотрудники гостиниц товар почти никогда не продавали. Горничные сдавали добычу администраторам, официанты — барменам, а те уже передавали вещи профессиональным перекупщикам. Главный администратор, как правило, координировал процесс и распределял выручку.

Джинсы как валюта и «фромы» из-за бугра

Главным и самым желанным товаром 1970–1980-х были, конечно, джинсы. Одеваться хорошо хотелось всем, но советская лёгкая промышленность радовала разве что унылым ширпотребом. Носить отечественное считалось зашоренным «совком», минимумом приличий было чехословацкое или югославское. Высшим пилотажем — итальянская обувь или финские сапоги. Но даже этот скудный импорт мгновенно исчезал с прилавков, и купить его можно было только с рук, переплатив минимум червонец.

Мир для фарцовщика делился на «фромов» (иностранцев) и «совков». В Москву приезжали «стейцы» (американцы), «бундеса» (немцы из ФРГ), «пшеки» (поляки), «юги» (югославы), «алера» (итальянцы) и «финики» (финны). Пока простые граждане стояли в очередях в ГУМе за югославскими туфлями, фарцовщики высматривали на втором этаже иностранцев, за которыми не следил «хвост» из КГБ.

Язык «капусты» и кодекс чести

У фарцовщиков сложился свой уникальный сленг, который потом частично перекочевал в 1990-е. Слова «капуста» (деньги) и «грины» (доллары) пошли именно от них. «Шузы» означало обувь, «лопатник» — кошелёк (от финского lompakko). «Фирмой» называли сами предметы вожделения, а «самострогом» — подделку под известный бренд.

Интересно, что в этой среде существовал свой неписаный кодекс чести. «Впарить самострок» или сильно завысить цену постоянному клиенту считалось западлом. А вот разовых покупателей можно было и «обуть» по полной. За один удачный вечер фарцовщик мог заработать 200 рублей — сумму, на которую можно было жить месяц, ничего не делая.

Закат эпохи и арбатские матрёшечники

К середине 1980-х в крупных городах появились места почти легальной торговли. В Ленинграде, например, это была галерея «Гостиного двора». Там за большие деньги можно было купить и вожделенные джинсы, и сапоги-«луноходы», и яркие пластиковые пакеты — мечту любого модника. Но это уже было началом конца. Фарцовка как система не пережила перестройку.

Сегодня слово «фарцовщик» почти забыто. От той огромной теневой империи остались разве что матрешечники на Старом Арбате. Они продают всё тот же ассортимент: матрёшки, солдатские ремни, значки и шапки-ушанки. Они так же, как и их предшественники, говорят на нескольких языках и пытаются всучить туристу то, что ему, вероятно, никогда не пригодится.

В 1980-е годы ходил анекдот: фарцовщику снится счастливый сон — он заходит в ГУМ, все полки завалены «фирмой», а народу нет. Он покупает, покупает, покупает… Сон сбылся. Прилавки ломятся от товаров, но счастья почему-то не прибавилось.

А что вы думаете — была ли фарцовка неизбежным злом или единственной отдушиной в мире тотального дефицита?

Смотрите также:
Фотоэкскурс по советским магазинам и рынкам,
Товары «в нагрузку», или Как в СССР навязывали ненужные покупки,
Как готовились к Новому году в СССР.