Тёмная сторона смешного: как Робин Уильямс всю жизнь боролся с депрессией и зависимостью

Когда Робин Уильямс умер в августе 2014 года, все решили, что знают причину: депрессия, многолетняя борьба с зависимостью, усталость. Три месяца спустя вскрытие дало другой ответ. В его мозге нашли диффузную деменцию с тельцами Леви — одну из самых тяжёлых форм нейродегенеративного заболевания. Врачи сказали: это один из худших случаев, которые они видели. А он всё это время ходил по кабинетам, сдавал анализы и повторял: «Я просто хочу перезагрузить мозг».

Большой дом, в котором никого нет

Отец — Роберт Фицджеральд Уильямс, вице-президент подразделения Lincoln-Mercury компании Ford, — большую часть времени проводил в командировках. Мать, бывшая модель Лори Маклорин, тоже работала. Маленький Робин рос в 40-комнатном особняке на 20 акрах в пригороде Детройта, Блумфилд-Хиллз, — и главным его собеседником была семейная горничная.

Сам он описывал себя как тихого, застенчивого ребёнка. Выход нашёлся: юмор. Сначала — чтобы рассмешить мать. Потом — чтобы не чувствовать себя чужим в школе. В Детройтской дневной школе для мальчиков он стал президентом класса, занимался борьбой, отлично учился — и всё равно его дразнили из-за лишнего веса. В 1969 году одноклассники проголосовали за него сразу в двух номинациях выпускного альбома: «Самый смешной» и «Наименее вероятно преуспеть».

В Джульярдскую школу в Нью-Йорке его приняли в 1973 году — одного из двух студентов по программе продвинутой подготовки. Вторым оказался Кристофер Рив, будущий «Супермен». Они стали соседями по комнате, а потом — друзьями на всю жизнь.

В Джульярде Рив учился обеспеченным студентом из Корнелла, Уильямс — парнем с западного побережья, поступившим из рядового колледжа. Их противоположность только сближала.

Джульярд Уильямс не окончил — ушёл раньше срока, не найдя общего языка с жёсткой системой. Зато нашёл стендап. В клубах Сан-Франциско и Лос-Анджелеса он импровизировал так, что публика не успевала дышать. В 1978 году на кастинге сериала «Счастливые дни» он произвёл фурор тем, что вместо стула сел на голову. Продюсер Гэрри Маршалл подписал его за четыре дня.

Морк, кокаин и Голливуд конца 1970-х

Сериал «Морк и Минди» вышел в 1978 году и стал немедленным хитом. Уильямс придумывал большую часть реплик на ходу — сценаристы просто оставляли в скриптах пометку «Морк импровизирует». Рейтинги взлетели. Слава пришла раньше, чем он успел понять, что с ней делать.

Голливуд конца 1970-х жил в кокаиновом тумане — это был не секрет, а данность. Уильямс вписался в среду легко. Позже он объяснял:

Его видели на площадке «Морка и Минди» после ночи без сна. Директор сериала Ховард Сторм вспоминал: он приходил на работу, вообще не ложившись.

Ночью 4 марта 1982 года Уильямс был в бунгало Джона Белуши в отеле Chateau Marmont в Лос-Анджелесе. Он ушёл под утро — по его словам, потому что был настолько пьян, что едва стоял на ногах. На следующий день коллега по «Морку» Пэм Доуэр сообщила ему о смерти Белуши: передозировка кокаином и героином. Белуши было 33 года.

В апреле 1983 года у него родился сын Захари. Уильямс бросил кокаин и алкоголь сам, без реабилитации.

Двадцать лет трезвости — и срыв на Аляске

Следующие два десятилетия выглядели как история успеха. «Доброе утро, Вьетнам» (1987) — первая номинация на «Оскар». «Общество мёртвых поэтов» (1989) и «Король-рыбак» (1991) — ещё две. «Аладдин» (1992): Джинн, которого он озвучивал без остановки, импровизируя целыми сценами. «Миссис Даутфайр» (1993). «Умница Уилл Хантинг» (Good Will Hunting, 1997) — наконец «Оскар» за лучшую мужскую роль второго плана.

В 1978 году он женился на Валери Велярди, в 1988-м они развелись. В 1989-м — второй брак, с Маршей Гарсес, бывшей няней сына Захари. У них родились дочь Зельда (1989) и сын Коди (1991). Внешне всё складывалось: продюсерская компания, благотворительность, образ надёжного семейного человека. Внутри — труднее.

В 2003 году Уильямс снимался на Аляске. Маленький город, изоляция, затяжные съёмки. «Я был в месте, где не край света, но его видно оттуда, — рассказывал он потом The Guardian. — И я подумал: выпить. Просто подумал: может, поможет. Потому что мне было одиноко и страшно». Сначала — маленькая бутылочка Jack Daniel’s, такие берут в самолёт. Через неделю — большая, спрятанная в номере.

Три года он убеждал себя, что справится. В 2006-м семья поставила ультиматум. Сын Захари позже говорил репортёру New York Times:

В августе 2006 года Уильямс лёг в Hazelden Springbrook — реабилитационный центр в Орегоне. Через два месяца вышел и дал интервью Дайан Сойер на Good Morning America:

Когда что-то пошло не так

В октябре 2013 года жена Сьюзан Шнайдер заметила перемены. Потом она опишет их в статье для медицинского журнала Neurology: внезапный всплеск страха, тревога, которая не поддавалась никакому успокоению, бессонница, провалы в памяти, паранойя. Уильямс ходил от врача к врачу. Анализы возвращались отрицательными. Никто не понимал, что происходит.

Весной 2014 года он снимался в Ванкувере — третья часть «Ночи в музее». Три года назад он отыграл пять месяцев на Бродвее в «Бенгальском тигре», по две постановки в день, сотни реплик без единой ошибки. Теперь не мог запомнить одну строчку. «Он терял рассудок и осознавал это, — писала Шнайдер. — Он всё время повторял: „Я просто хочу перезагрузить мозг“».

В мае 2014 года ему поставили диагноз — болезнь Паркинсона. Он ещё не был готов говорить об этом публично. В июле лёг в Hazelden в Миннесоте — уже не из-за срыва, а чтобы поддержать трезвость в сложный момент. 11 августа 2014 года его нашли дома в Тибуроне. Ему было 63 года.

Три месяца спустя вскрытие дало другой ответ. Врачи обнаружили в его мозге диффузную деменцию с тельцами Леви — одну из самых тяжёлых форм нейродегенеративного заболевания. По словам патологоанатомов, это был один из худших случаев, которые они когда-либо видели: около 40% нейронов, вырабатывающих дофамин, были уничтожены. Тельца Леви поразили практически всё вещество мозга.

Что это было на самом деле

Сьюзан Шнайдер назвала болезнь «террористом внутри мозга мужа». В статье для Neurology, опубликованной в 2016 году, она написала: «Он испытал почти все сорок с лишним симптомов деменции с тельцами Леви». Депрессия, которую лечили годами, была лишь одним из них — и не главным.

Страх, паранойя, провалы памяти, физическое оцепенение — всё это, как выяснилось, шло не от психики и не от прошлого.
Это была нейродегенерация, которую тогдашняя медицина не умела распознавать вовремя.

Его сын Захари после смерти отца впал в депрессию и начал пить. Прошёл терапию, вступил в группу поддержки, основал компанию PYM по пропаганде психического здоровья.

Дочь Зельда публично попросила не рассылать ей нейросетевые видео с отцом:

В последнем интервью, которое он дал Reddit в сентябре 2013 года — за год до смерти, — кто-то спросил его: что бы вы хотели, чтобы люди знали о вас? Он ответил:

Деменция с тельцами Леви — второй по распространённости тип прогрессирующего слабоумия после Альцгеймера. В США с ней живут около 1,4 миллиона человек. Большинство получают неверный диагноз: Паркинсон, депрессия, тревожное расстройство. Случай Уильямса изменил отношение к болезни в медицинском сообществе. Его вдова Сьюзан стала одним из главных её популяризаторов.

Смотрите также:
— Так неожиданно, так грустно: Робин Уильямс, Принц, Уитни Хьюстон и ещё 7 звёзд, внезапно ушедших из жизни
— Не до шуток: печальные судьбы самых смешных комедийных актёров мира