Смотрите BigPicture ➤ Россия ➤ «Бегу, и спина не болит»: 76-летняя бабушка каждый день ездит по Байкалу на коньках

«Бегу, и спина не болит»: 76-летняя бабушка каждый день ездит по Байкалу на коньках

76-летняя Любовь Мореходова в одиночестве живет на отдаленном хуторе Халы на берегу Байкала. Здесь нет нормальных дорог и общественного транспорта, и когда женщине зимой нужно куда-то добраться, она надевает коньки, сделанные еще в 1943 году, и едет по льду Байкала.

Источник: «Настоящее время»

В 2011 году у Мореходовой умер муж Михаил, с которым они прожили вместе 47 лет. С тех пор Любовь Николаевна живет одна, и только летом к ней в гости приезжают внуки и племянники.

Пенсионерка живет в скромном доме и заботится о животных: собаках, кошках, курах, петухах, быках и коровах с телятами.

«Утром в полшестого встала, печку затопила, поела, чего-то сварила себе и собакам. Потом дожидаюсь, чтобы печка протопилась, чтобы ее закрыть. Потом ухожу в стайки (хлев), убираю навоз, сено разлаживаю. Утром и вечером коровам сено даю, потом навоз вытаскиваю. Зимой прорубь долблю, телят пою. Летом просто из Байкала воду берем и пьем ее».

Каждое утро Любовь Николаевна отправляет коров пастись на холм. Чтобы сократить дорогу, она каждый день надевает коньки и едет по озеру в них: так быстрее.

«Туда четыре и обратно четыре, всего восемь километров. Мы с малолетства привыкли: до школы тоже четыре километра было. Мы с первого класса бегали зимой до нее все на коньках, а весной и летом – уже пешком. Когда коровы далеко, брести по этому снегу… Я лучше коньки привяжу, сбегаю посмотрю, покричу, и они все притащатся домой».

Езда по озеру женщине нравится, но в то же время она опасается упасть.

«Не знаю, что я чувствую, вроде как так и надо. Быстроту, хорошо. Вот спина у меня болит, а на коньках бегу – и вроде не болит. Хорошо, когда ветер еще попутный, тогда я просто лечу. Пальтишко раскрою – так вообще, как парус, несешься. Но и боишься тоже, потому что если конек в щелку попадет, то кранты: вся морда будет разбита».

Любовь Николаевна научилась кататься в семь лет, коньки ей сделал отец из дерева и лезвия пилы.

«А коньки мои выпущены в 1943 году. Представляете, сколько они дюжат? Вот как тогда делали! Они у меня «норвеги», их еще называют беговыми. Они уже давно неточеные, тупые».

С конца 1950-х по 2002 год Мореходова жила в Иркутске и работала на заводе: сначала штамповщицей, потом сварщицей, токарем и инженером-технологом. Вышла замуж, родила четверых детей. А в 2011 году, когда муж вышел на пенсию, они переехали обратно в Халы, в отцовский дом: купили корову и завели хозяйство.

«Тут даже света не было! Мы только в 2011 году все-таки сами столб поставили и свет провели. Я не знаю людей, кто бы жил здесь один, в основном тут базы отдыха. Но вот я здесь живу одна и ничего не боюсь».

Пенсионерка каждый день колет дрова и носит ведра с водой.

«Я с малолетства колю очень хорошо и всех ребятишек научила колоть. И сети ставить всех научила. Сама одна ставила раньше, а теперь рыбки нету, и сама не хожу в море. И вообще-то запрет у нас, нельзя ставить сети!»

Любовь признается, что сильно устает: у нее смолоду тахикардия и позвоночник не держит. Боится, как бы не простыли уши: «Тогда совсем оглохну». При этом уезжать с Байкала в город Мореходова категорически не хочет. Она говорит, что озеро дает ей радость.

«Он суровый, Байкал. Смотришь на него – то он совсем как зеркало стоит, то где-то рябь. Сижу одна на кухне и смотрю – и прямо радость какая-то! Настроение хорошее. И всегда думаю: вот бы кто-нибудь рядом был и смотрел бы, какая красота! Красота неимоверная».

Хотя семья предлагает женщине переехать в город, она не хочет уезжать c Байкала. Любовь Николаевна признается, что этот дом и участок земли у озера – для нее все.

«Я бы, наверное, могла это все бросить после смерти мужа. Но я этого не смогла сделать. Я знала, что здесь очень тяжело жить, ведь я с малолетства здесь живу. Но это все отцовское, и мне его жалко. Отец трудился тут с мамой, ну как это бросить? Все это растащат и сожгут. Если меня не станет, управиться с хозяйством может только младший сын: он сделает все как надо».

Любовь Николаевна жалеет, что большинство туристов на Байкале относятся к озеру потребительски.

«Летом, когда много людей приезжает, я иногда иду и говорю им: «Подбирайте за собой, не оставляйте мусор, ведь все это в Байкал идет!» Неужели все это нельзя сжечь или собрать и увезти? Но они всегда все оставят, разбросают, а все это летит в Байкал. И меня это прямо угнетает, я сержусь, злюсь на это безобразие, меня это бесит. Я иногда тушу костры. Бывает, что уехал, костер оставил, а ветер подул, и все сгорело. Ну как так можно?»