Анатолий Бугорский — человек, который засунул голову в работающий ускоритель частиц и выжил

Представьте, что через вашу голову проходит пучок протонов, разогнанных почти до скорости света. Энергия в 70 миллиардов электронвольт, температура выше, чем в центре Солнца. Врачи готовятся наблюдать вашу медленную и мучительную смерть. Но вы выживаете, возвращаетесь к работе и защищаете кандидатскую диссертацию. Именно так всё и произошло с советским физиком Анатолием Бугорским.

Крупнейший советский ускоритель и роковой день

Анатолий Петрович Бугорский родился 25 июня 1942 года в Орловской области. Выпускник престижного МИФИ, он работал в Институте физики высоких энергий в Протвино, под Серпуховом. Именно там стоял протонный синхротрон У-70 — крупнейший советский ускоритель элементарных частиц. В полуторакилометровой кольцевой вакуумной трубе этого гиганта протоны разгонялись до колоссальной энергии в 70 миллиардов электронвольт. Подобных установок во всём мире можно было пересчитать по пальцам.

13 июля 1978 года на синхротроне начались временные сбои в системе детекторов. 36-летнему Бугорскому нужно было войти в ускоритель и проверить оборудование на трассе выведенного пучка частиц — стандартная процедура, которую физик выполнял уже много раз.

Цепочка роковых совпадений

То, что случилось дальше, стало классическим примером того, как несколько мелких сбоев складываются в катастрофу. Ранее на установке проводили эксперимент с низкой интенсивностью пучка, поэтому блокировку двери в ускоритель отключили как ненужную. После завершения работ о ней попросту забыли. Табло над входом, которое должно было предупреждать об опасности, не работало из-за перегоревшей лампочки.

Но Бугорский не полагался только на автоматику. Как и положено в институте, где опасность подстерегает на каждом шагу, он позвонил оператору на пульт управления и попросил снять пучок через пять минут. Тем не менее физик, судя по всему, вошёл в зону раньше оговорённого времени. Отсутствие световой индикации и незаблокированная дверь убедили его, что всё в порядке.

Вспышка ярче тысячи солнц

Бугорский наклонился и просунул голову в канал, через который в этот момент шёл пучок протонов. Энергия 70 ГэВ, сфокусированная в луч толщиной всего 2×3 миллиметра, пронзила его череп. Протоны вошли через затылок, прошли через медиобазальные отделы левой височной доли, пирамиду височной кости, костный лабиринт среднего уха, барабанную полость, челюстную ямку верхнечелюстной кости и вышли через ткани левой ноздри.

Физик увидел ослепительную вспышку света, но боли не почувствовал. Он понял, что произошло нечто серьёзное, но сохранил хладнокровие. Бугорский машинально закончил работу, аккуратно записал факт посещения канала в рабочий журнал — порядок есть порядок — и никому ничего не сказал. Он просто стал ждать и наблюдать за собой с тревожным предчувствием.

Доза, несовместимая с жизнью

Через голову Анатолия прошло от 200 000 до 300 000 рад — доза, которую не получал ни один человек в истории. Для сравнения: смертельной считают дозу от 400 до 1000 рад при облучении всего тела. Но в случае Бугорского ситуация оказалась уникальной. Это не было широким облучением, как у жертв Хиросимы, Нагасаки или Чернобыля. Узко сфокусированный протонный луч буквально прожёг отверстие в голове физика, почти не рассеиваясь.

Ночью левая сторона лица сильно опухла. К утру стало ясно, что без медицинской помощи не обойтись. Бугорского срочно доставили в специализированную радиологическую больницу № 6 в Москве (ныне ФМБЦ имени А. И. Бурназяна), где лечили пострадавших от радиационных аварий.

Врачи готовились наблюдать медленную смерть пациента. Никто не верил, что человек с дырой в голове и чудовищной дозой облучения может выжить. Но материалы лечения засекретили — случай был беспрецедентным, и советские медики получили уникальный шанс изучить последствия воздействия высокоэнергетических частиц на человеческий организм.

Почему он не умер

По мнению врачей, Бугорский выжил благодаря нескольким факторам. Во-первых, протонный пучок сфокусировали в тончайший луч, который прошёл по единственно возможной траектории, не задев жизненно важных мозговых центров и крупных сосудов. Во-вторых, при облучении не пострадали костный мозг и внутренние органы, особенно чувствительные к радиации.

В случаях массового облучения при ядерных катастрофах гамма-излучение бьёт по всему организму, поражая все системы одновременно. У Бугорского же луч просто прошёл насквозь, оставив узкий канал повреждений. Это напоминало сверхточный хирургический разрез, сделанный лучом вместо скальпеля.

Последствия уникального облучения

Раны на голове и лице постепенно зажили, но последствия остались на всю жизнь. Половина лица Бугорского оказалась парализованной — одна сторона словно застыла во времени, выглядела моложе другой. Он полностью потерял слух на левое ухо. Начались эпилептические припадки, иногда с потерей сознания, а также мучительные головные боли. Позже развились хронический гайморит и частые ангины.

Но самое удивительное — интеллект Анатолия Петровича не пострадал. Через полтора года после аварии медики признали его условно здоровым, и физик вернулся к работе. Он взял на себя обязательство дважды в год приезжать на обследования в Москву, где его наблюдал опытнейший радиолог-невропатолог Ф. С. Торубаров, ставший настоящим другом учёного.

Возвращение к науке и диссертация

В 1980 году Бугорский защитил кандидатскую диссертацию, которую начал готовить ещё до аварии. Работа называлась «Оптимизация и контроль потоков нейтрино (антинейтрино) в нейтринных экспериментах в ИФВЭ». Более того, он занял должность координатора физических экспериментов на том самом протонном синхротроне У-70, который чуть не убил его.

Бугорский продолжал научно-организационную работу, участвовал в планировании и проведении физических экспериментов. В 2001 году он стал одним из соавторов работы по выводу протонного пучка 70 ГэВ на установку с помощью кристалла кремния. Коллеги вспоминали, что Анатолий Петрович стойко переносил ухудшение здоровья и никогда не жаловался.

Завеса секретности

Как и полагалось в те годы, Бугорский дал подписку о неразглашении. Его история более десяти лет была известна только узкому кругу коллег и врачей. Лишь после чернобыльской катастрофы 1986 года, когда государственное табу на аварии с радиацией частично сняли, физик впервые публично рассказал о своей травме.

В 1997 году в интервью журналистке Маше Гессен Бугорский признался, что хотел бы стать объектом исследований западных учёных. Он считал, что стал бы прекрасным объектом изучения, но у него не было средств, чтобы покинуть Протвино и отправиться на Запад.

Жизнь после ускорителя

Анатолий Бугорский не только выжил, но и пережил сам ускоритель, который его покалечил. Распад Советского Союза и экономические изменения привели к сворачиванию государственного финансирования. В середине 1980-х годов проект остановили, оборудование демонтировали, и от гигантской установки остался лишь пустой подземный тоннель с системами освещения и вентиляции.

В 1996 году Бугорский подавал заявление на повышение группы инвалидности, но получил отказ. Он продолжал жить в Протвино, тратя почти всю пенсию на лечение эпилепсии. С годами приступы становились всё сильнее и продолжительнее, но Анатолий Петрович не сдавался.

Он был женат на Вере Николаевне, воспитал сына Петра. Несмотря на все испытания, сохранил ясность ума и интерес к науке. Его случай остаётся уникальным в медицинской практике — ни один человек в мире не получал такой дозы радиации в таком виде и не выживал.

На грани жизни и смерти

Интересно, что ещё в детстве Бугорский пережил несколько опасных ситуаций. Во время войны, когда в орловскую деревню пришли фашисты, полуторамесячному младенцу пришлось несколько часов пролежать в снегу — и он выжил. Будучи подростком, случайно наступил на оборванный провод ЛЭП и получил мощный удар током, но снова остался жив. Словно судьба готовила его к главному испытанию 1978 года.

История Анатолия Бугорского — это не только рассказ о невероятном стечении обстоятельств и уникальной медицинской загадке. Это ещё и история о силе человеческого организма, стойкости духа и любви к науке, которую не смогло сломить даже прямое попадание под пучок частиц, разогнанных почти до скорости света.

А вы знали об этом удивительном случае? Как думаете, что позволило Бугорскому выжить — везение, особенности организма или медицинское мастерство советских врачей?

Смотрите также — Немирный атом: 5 аварии с выбросом радиоактивных веществ, о которых молчали в СССР