Афера века: рассказ о племени, которого никогда не существовало

В начале 1970‑х годов мир застыл в изумлении: в джунглях филиппинского острова Минданао обнаружили племя тасадай — людей, будто бы застрявших в каменном веке. Они жили в пещерах, носили набедренные повязки из листьев, не знали металла и земледелия. Фотографии полуголых «дикарей» облетели планету, попали на обложку National Geographic, их показывали по телевизору. Мир восхищался «последним осколком доисторического прошлого». Но через пятнадцать лет выяснилось: всё это, возможно, было грандиозной мистификацией, которую организовал влиятельный филиппинский политик ради личной выгоды. История племени тасадай стала одной из самых спорных антропологических загадок XX века.

Сенсационная находка в джунглях Минданао

Всё началось в 1971 году, когда охотник из соседнего племени наткнулся на группу людей, живших в пещерах тропического леса. Он рассказал о своей находке Мануэлю Элисальде‑младшему — советнику президента Филиппин Фердинанда Маркоса по делам национальных меньшинств. Элисальде был фигурой неоднозначной: богач с обширными деловыми интересами и политическими амбициями, который при этом позиционировал себя как защитник коренных народов.

Заинтригованный Элисальде организовал экспедицию в джунгли. То, что он там увидел, превзошло все ожидания. В трёх пещерах на склоне горы жили 26 человек, которые, по его словам, провели в изоляции больше тысячи лет. Они не знали металла, пользовались каменными орудиями, питались собранными в лесу кореньями, лягушками и личинками насекомых. У тасадай не было оружия, а в их языке якобы отсутствовали слова для обозначения войны, конфликта или насилия.

Всемирная слава за одну ночь

Элисальде немедленно пригласил журналистов, антропологов и знаменитостей. В джунгли Минданао потянулись репортёры, учёные, телевизионщики. Племя посетили легендарный лётчик Чарльз Линдберг и итальянская актриса Джина Лоллобриджида. National Geographic посвятил тасадай развёрнутый материал и вынес их фотографию на обложку августовского номера 1972 года.

Мир был очарован. В разгар Вьетнамской войны, на фоне холодной войны и социальных потрясений, тасадай казались воплощением первобытной гармонии. Газеты писали о людях, которые не знают зла. Документальные фильмы транслировали по телеканалам десятков стран. Филиппинское правительство гордилось уникальной находкой на своей территории.

Но за кулисами триумфа назревали проблемы. Элисальде установил тотальный контроль над племенем. Он один решал, кто может навестить тасадай, сколько с ними провести времени, какие вопросы задавать. Все контакты проходили через него. В итоге критики заподозрили неладное.

Закрытие доступа и нарастающие подозрения

В 1976 году президент Маркос подписал указ об охране тасадай и запретил несанкционированные визиты к племени. Официально — чтобы защитить их от эксплуатации и сохранить образ жизни. Тропический лес площадью 19 000 гектаров объявили заповедником. Племя исчезло с радаров общественности.

Этот шаг многих насторожил. Появились предположения, что запрет связан не с заботой о племени, а с желанием Элисальде скрыть нечто компрометирующее. Возникли версии, что заповедник создали для прикрытия вырубки ценных деревьев или разработки полезных ископаемых. Но проверить подозрения не удавалось — джунгли патрулировали военные.

Десять лет тасадай оставались недоступными. Потом в 1986 году режим Маркоса пал в результате народной революции. Элисальде бежал из страны. Путь к племени наконец открылся.

Разоблачение: джинсы вместо листьев

В том же 1986 году швейцарский журналист Освальд Итен и филиппинский репортёр Джои Лозано отправились в джунгли Минданао. То, что они обнаружили, повергло их в шок. Пещеры оказались пустыми. Неподалёку, в деревянных хижинах, жили те самые тасадай — только теперь они носили джинсы и футболки, выращивали маис и батат, пользовались металлическими инструментами.

Члены племени рассказали журналистам поразительную историю. По их словам, Элисальде заставил их переселиться в пещеры, снять обычную одежду и надеть набедренные повязки из листьев, чтобы изображать примитивных дикарей. Взамен политик обещал деньги, еду и защиту от лесорубов. Они признались, что никогда не были изолированным племенем каменного века — просто бедными крестьянами, согласившимися на сделку.

Сообщение Итена взорвало мировую прессу. Через несколько дней группа немецких журналистов тоже навестила тасадай. Они застали людей в пещерах, одетых в листья — но при ближайшем рассмотрении из‑под растительных повязок виднелась тканевая одежда. Складывалось впечатление, что племя продолжало разыгрывать спектакль для очередных визитёров.

Противоречивые показания и научные споры

Разразился грандиозный скандал. Пресса объявила тасадай полной мистификацией, одной из крупнейших афер XX века. Элисальде, находившийся в изгнании, организовал контрнаступление. В 1988 году он привёз нескольких членов племени в Манилу, где они подали иск против филиппинских профессоров, называвших их самозванцами.

Учёные разделились. Одни антропологи настаивали на полной фальсификации. Другие заняли более осторожную позицию. Лингвист Лоуренс Рид из Гавайского университета провёл с племенем около десяти месяцев, изучая их язык. Он пришёл к выводу, что тасадай действительно жили относительно изолированно в лесу, но не тысячу лет, а примерно 150. В 1950‑х годах они контактировали с соседними племенами, получили от них стальные ножи и научились примитивному земледелию.

Скептически настроенные исследователи высказывали сомнения ещё в начале 1970‑х. Они указывали на странности: племя жило всего в нескольких километрах от деревень, но якобы не контактировало с людьми столетиями. Тасадай не болели инфекциями после встречи с пришельцами, хотя изолированные народы обычно крайне уязвимы к чужим болезням. Их язык содержал заимствования из соседних диалектов. Всё это наводило на мысль о недавней изоляции или её полном отсутствии.

Истина где‑то посередине

Вероятнее всего, правда лежит между двумя крайностями. Тасадай не были реликтом каменного века, но и не оказались полностью выдуманным племенем. Скорее всего, это была небольшая группа, жившая на задворках цивилизации в тяжёлых условиях, которую Элисальде использовал для создания сенсации. Он преувеличил их изолированность, приукрасил примитивность быта, создал миф о последних людях каменного века.

Мануэль Элисальде умер в 1997 году в Коста‑Рике, так и не вернувшись на Филиппины. Он унёс с собой правду о племени тасадай. Сами члены племени дают противоречивые показания — одни по‑прежнему утверждают, что их заставили притворяться, другие настаивают на своей древней изолированности. Споры продолжаются до сих пор.

Но остаётся вопрос: как целый мир мог поверить в столь сомнительную историю? Почему учёные, журналисты и общественность так жаждали найти «последних дикарей», что отбросили здоровый скептицизм? Не говорит ли эта история больше о нас самих, чем о загадочных обитателях филиппинских джунглей?

Смотрите также — Бразильскому фотографу удалось подобраться как никогда близко к абсолютно дикому племени в лесах Амазонии