Подсветка Кремля

Рассказывает Илья Варламов ака zyalt: «Сейчас современному человеку тяжело представить, что когда-то вся жизнь города практически прекращалась с наступлением темноты. Свет исходил лишь от редких уличных ламп да из окон, а высокие здания же высились темными нагромождениями на фоне освещаемого звездами и луной неба. Сейчас уже тяжело представить, что Кремль в ночной Москве еще каких-то 150 лет назад невозможно было разглядеть. Первые известные опыты с его подсветкой начались только в 19 веке, да и то по особым случаям.

Особыми случаями чаще всего были коронации, которые традиционно проходили в московском Кремле, несмотря на то, что столица и была формально в Петербурге. Давайте же посмотрим, какой была подсветка Кремля с середины 19 века…»

Смотрите также — Москва: Вид с Храма Христа Спасителя 1867 год, Закрытая экскурсия по стенам Московского Кремля, Праздничная иллюминация Кремля в Москве

Источник: Жжурнал/zyalt

Конечно, ни о каком электричестве не могло быть и речи, и подсветка представляла из себя сложную систему лампад, поджигаемых одновременно с помощью порохового шнура.

Подготовка к этому эпохальному событию началась еще за три месяца до коронации. На Софийской набережной были сооружены временные электростанции, а к Кремлю протянуты питающие кабели. Занималась этим чрезвычайно важным проектом общество «Сименс и Гальске», окончательно закрепившее за собой репутацию главного электрификатора в России. Будущей компании Siemens уже тогда благоволила царская семья, поэтому неудивительно, что и проект по иллюминации Кремля и центральной части Москвы во время коронации Николая II также получило это общество.

Мемуары В.Ф. Джунковского о коронации: «..Вечером весь город был иллюминирован, также и Кремль. Это было действительно волшебное зрелище. Кремлёвская иллюминация зажглась в один миг, в тот самый миг, когда государыня взяла в руки поднесенный ей букет с электрическими цветами. Засветился букет, и в тот же момент засветился разноцветными электрическими огнями весь Кремль, точно огненной кистью нарисованный на потемневшем небе. Иначе как огненной живописью нельзя назвать вчерашнюю иллюминацию Кремля. Его кресты, куполы, крыши, зубцы, окна, карнизы, все его разнообразные архитектурные линии вырисовывались тысячами разноцветных огней, бирюзовых, пурпурных, золотистых или сверкающих, как бриллианты. Каждая башня, каждый купол, каждая арка ворот или амбразура окна были чудом красоты и искусства. Описать эти чудеса невозможно, нужно было их видеть, как видел московский народ, сотнями тысяч запрудивший все улицы. Что творилось на Красной площади и набережной Москвы-реки, между Москворецким и Каменным мостами, и представить себе невозможно. Несметные волны народа, одна за другой, так и неслись к Кремлю из окраин и предместий, останавливая движение экипажей и приводя в смущение полицию. Это была стихия в полном смысле этого слова, но стихия не безумная, а отдававшая себе отчет, куда она стремится. Она стремилась увидеть, хотя бы мельком, хотя бы одним глазком царствующую коронованную чету.»