Воровство или творческое переосмысление? Плагиат в советском кино и музыке

Когда-то мы опубликовали исследование Максима Мировича, посвященное воровству технологий в СССР. В продолжение темы — рассказ о плагиате и заимствованиях, которые позволяли себе советские режиссеры и музыканты.

Откуда вообще в советском искусстве взялся плагиат и почему он процветал? СССР всегда был закрытой страной, 95% населения были отрезаны от современной мировой культуры и искусства. При этом советские режиссеры и композиторы частенько ездили в заграничные турне, где имели доступ к западной музыке и фильмам, откуда черпали новые идеи для творчества.

Заимствования в советских фильмах

«Кавказская пленница», 1966 год, и «Песня мошенника», 1930 год

В 1966 году на экраны советских кинотеатров вышла комедия Леонида Гайдая «Кавказская пленница». Отличный фильм, но вот колоритная троица, сыгранная Вициным, Никулиным и Моргуновым, уж очень сильно напоминает героев американской картины «Песня мошенника».

Похожим оказался и сам сюжет фильма — в «Песни мошенника» действие происходит на Кавказе в 1910 году, где русский бандит Егор влюбляется в принцессу Веру и решает ее похитить, а его сообщниками становятся напарники Али-Бек и Мурза-Бек. Вместе троица попадает в разные комичные ситуации и, так же как у Гайдая, поет песни.

Впрочем, этот случай стоит считать не плагиатом, а мягким заимствованием, что часто случается в искусстве. Гайдай явно смотрел «Песню мошенника» и взял оттуда некоторые удачные ходы и образы, создав уникальное произведение.

«Бриллиантовая рука», 1968, и «Бей первым, Фредди», 1965

Еще один пример заимствования от Гайдая — датский фильм «Бей первым, Фредди», который был снят на три года раньше «Бриллиантовой руки». Он рассказывает о веселых приключениях мужчины, сошедшего с корабля и схваченного шпионской группировкой, принявшей его за тайного агента. На самом деле главный герой — продавец игрушек, с помощью которых он дурит шпионов.

Перекликаются многие сюжетные линии: корабль, бандиты, простак, бандит по имени Колик (у Гайдая — Лелик), фразы в стиле «Шеф будет недоволен», забавные игрушки вроде чертика из табакерки, драка в гараже в концовке. Тут, скорее, тоже не совсем плагиат — но заимствований уже намного больше, даже некоторые сцены похожи.

«Собачье сердце», 1975, и «Собачье сердце», 1987

Второй фильм в заголовке — всем известная работа Бортко, ставшая киноклассикой. Цитаты профессора Преображенского и Шарикова известны всем. Но мало кто знает, что местами экранизация очень напоминает более раннее кино — итальяно-немецкую экранизацию романа Булгакова, снятую в 1975 году.

Некоторые мизансцены Бортко практически скопировал с «Собачьего сердца» 1975 года, похоже и цветовое решение кино. Бортковская черно-белая сепия недалеко ушла от коричневатой гаммы итальяно-немецкого фильма.

Впрочем, в более ранней экранизации полно ляпов, которые делают фильм несколько нелепым: макияж в стиле 1970-х у коммунистки двадцатых годов, модельные стрижки у комиссаров, русская кухарка в немецком народном костюме. Смотреть на это без смеха невозможно.

Плагиат в советской музыке

Про фильмы всегда можно сказать, что все друг на друга влияют, и большой вопрос, что именно можно считать плагиатом. А вот музыка — другое дело. Она записывается нотами, и плагиат в ней, можно сказать, верифицируется математически. Вот несколько примеров того, как воровали мелодии в СССР.

Исаак Дунаевский, «Песня веселых ребят», 1934, и песня мексиканских революционеров, La Adelita, 1910–1917 годы

Начнем с более ранних примеров. Многим знакома «Песня веселых ребят» Исаака Дунаевского, которая начинается словами «Легко на сердце от песни веселой». Кстати, изначально это была песня про каких-то быков и коров, а для финальной версии фильма текст переделали, что можно заметить по несовпадающей артикуляции поющего Утесова.

А теперь послушайте песню мексиканских революционеров, которая появилась двадцатью годами ранее. Предположительно, Дунаевский услышал песню на пластинке, привезенной режиссерами Александровым и Эйзенштейном из поездки в Мексику в 1930-31 годах.

Александра Пахмутова, «Нежность», 1965, и Бенджамин Бриттен, «Простая симфония», 1934

«Нежность» Александра Пахмутова написала в 1965 году на слова поэтов Сергея Гребенникова и Николая Добронравова, а одной из первых исполнительниц стала Майя Кристалинская.

Все бы ничего, да вот первые строчки запева уж больно похожи на «Простую симфонию» английского композитора Бенджамина Бриттена, известную также как «Сентиментальная сарабанда». Практически один в один по мелодии и даже ритмике похоже на «Опустела без тебя земля…»

Ян Френкель, «Вальс расставания», 1965 год, и «Муки любви», Фриц Крейслер, 1905 год

Известная песня «Вальс расставания», которую обычно называют просто «вальсок», была написана Яном Френкелем для фильма «Женщины».

Сравните с произведением австрийского скрипача и композитора Фрица Крейслера, созданным на 60 лет раньше.

Эдита Пьеха, «Город детства», 1966, и группа The Brouthers Four, Greenfields, 1960

И на десерт. В 1966 году Эдита Пьеха спела чрезвычайно красивую и мелодичную песню под названием «Город детства», которая сразу же полюбилась советским слушателям. На пластинке было указано, что автор музыки неизвестен.

Однако автор музыки очень даже известен. «Город детства» — не что иное, как перепевка песни Greenfields американской группы The Brousers Four.

Смотрите также: Как Zara, Disney и Ford воруют работы неизвестных художников