Топ-100

«Улицам разбитых фонарей» — 20 лет: как создавался легендарный сериал

О сериале «Улицы разбитых фонарей» знают все — это такая русская «Санта-Барбара», образец всенародно любимого эпоса и действительно культурно значимое событие в мире отечественной киноиндустрии. «Менты» (название видеоверсии) без пафоса рассказывали истории из жизни, правдиво и точно — и именно поэтому сериал полюбили и смотрели.

В начале 2018 года «Улицы разбитых фонарей», официально признанные самым долгим российским телепроектом, отметили свое 20-летие. Давайте же вспомним, как снимали этот культовый сериал.


Источник: Дом кино

Эти титры сериала узнаваемы в нашей стране миллионами людей. На протяжении 16 сезонов менялись режиссеры, сценаристы и актеры, но любовь зрителей к героям сериала всегда оставалась неизменной.


Вступительный ролик к сериалу «Улицы разбитых фонарей» 1998 года

Первую серию «Улиц разбитых фонарей» показали по ТНТ 4 января 1998 года. Затем первый сезон выкупил канал ОРТ и поставил сериал в эфир в прайм-тайм с начала октября 1998 года. Рейтинги зашкаливали.

Сериал рассказывает о рабочих буднях 85-го отделения петербургской милиции. Главные герои, рядовые «сыскари» Казанова, Ларин, Дукалис и Волков наводят порядок в тяжелые девяностые. Они совсем не похожи на тех идеальных милиционеров, которых показывали в советских фильмах. Это простые ребята, одеты скромно, разъезжают по городу на общественном транспорте и ведут свои расследования в обшарпанных кабинетах, часто применяя недозволенные методы в работе — одним словом, менты.

И хотя телевизионная премьера «Улиц разбитых фонарей» состоялась в 1998 году, первые «классические» восемь серий были сняты аж в 1995-м. Тогда продюсеру Александру Капице попала в руки книжка петербургского писателя Андрея Кивинова, чьи зарисовки из жизни оперов и легли в основу сценария первых серий. Под псевдонимом Кивинова скрывался капитан убойного отдела кировского РУВД Санкт-Петербурга Андрей Пименов — один из первопроходцев жанра иронического детектива в России.

Писатель и драматург Андрей Кивинов

Когда-то он провалил экзамены на литературный факультет, но страсть к писательству осталась. Рабочие будни постоянно подкидывали сюжеты, и в свободное от работы время Пименов написал свою первую повесть «Кошмар на улице Стачек». Повесть прочитал один знакомый журналист, сказал, что в рядах милиции появился свой «Ильф и Петров», и отнес повесть в издательство. Так оперативник Андрей Пименов стал писателем и драматургом Андреем Кивиновым.

Первая книга Кивинова, которая и легла в основу культового сериала

«Кошмар на улице Стачек» попал к режиссеру «Особенностей национальной охоты» Александру Рогожкину, и он решил связаться с автором и попробовать снять сериал о милицейских буднях. Сериал сначала назвали «Менты», но в процессе работы это показалось слишком прямолинейным, и сериал вышел как «Улицы разбитых фонарей».

Пилотные серии снимались на голом энтузиазме: актеры сидели без работы, поэтому вкалывали не покладая рук. Режиссер Александр Рогожкин привел Александра Лыкова (Казанова) и Сергея Селина (Дукалис). Алексей Нилов (Ларин) ради съемок оставил кресло начальника отдела рекламы, а Михаил Трухин (Волков) пришел на пробы с гитарой, «спел пару блатных песен и был утвержден на роль милиционера».

Никому не известные тогда актеры были в кадре самими собой, «своими в доску», тощими и голодными на фоне зарождающегося капитализма. Снимали, что называется, дешево и сердито в «интерьерах» — в настоящем опорном пункте на потертых диванах в своей одежде.

Образы были колоритные и запоминающиеся.

Крепкий и мордастый, как Винни-Пух, ветеран рижского ОМОНа Дукалис, все время повторяющий: «А у нас в Риге…» — любимец всех тещ России. Прототипом лейтенанта Дукалиса был сотрудник РУВД Анатолий Дукул. Он ушел на пенсию в звании подполковника милиции и стал муниципальным депутатом.

Манерный эротоман уголовного розыска и кладезь забавных историй Казанцев, использующий служебное положение для удовлетворения нужд плоти. Его прототипами стали сразу два человека, Владимир Малинин и Алексей Филиппов. Оба они были первыми героями-любовниками и самыми отчаянными парнями Кировского РУВД. Владимир Малинин — пенсионер МВД и работает консультантом по вопросам безопасности. Алексей Филиппов умер в 2003 году в возрасте 36 лет.

Капитан Ларин был списан с самого Кивинова. Многие события, которые происходили с капитаном, были взяты из жизни автора.

Майор Соловец, типичный карьерист-бюрократ, озабоченный раскрываемостью и отчетностью. Прототипом майора, который задержался в сериале дольше всех героев, стал начальник уголовного розыска подполковник Олег Дудинцев. После выхода на пенсию Дудинцев стал писателем и продюсером.

Вечно «зеленый» сын полка лейтенант Волков, терпящий словесные подтрунивания от старших коллег. Самый молодой опер «Улиц» на самом деле был самым старшим оперативником. Вячеслав Баснев занимался преступлениями несовершеннолетних и был абсолютно не похож на сериального героя. На пенсии Баснев работал на таможне, а потом стал чиновником.

Лейтенанта Насти Абдуловой не было в сценарии — был опер-стажер Саша Абдулов, который появлялся в одной серии. В Настю его превратили уже по ходу работы — актриса Анастасия Мельникова уговорила свою подругу, художницу сериала, порекомендовать ее хоть на какую роль. Режиссер подумал и вписал в мужскую компанию решительную девушку.

Также прототипов не было у Мухомора и у появившихся в сериале гораздо позже лейтенанта Порохни и капитана Дымова.

«Улицы разбитых фонарей» бередили душу своей достоверной атмосферой и живостью типажей, но, когда проект покинул Кивинов, сериал сразу потерял реалистичность и индивидуальность, а создатели принялись бороться за рейтинги, не привлекая больше консультантов в погонах. Живость характеров ушла, менты стали лезть под пули, словно на них невидимый бронежилет, сценарии потускнели, юмор ушел.

Через год после премьеры сериал покинул самый яркий герой — Казанова. Александр Лыков понял, что он стал знаменитым, но не актером, а «ментом», и рискует стать заложником роли. На Лыкова обиделась вся съемочная группа, но «хоронить» героя не стали — надеялись на возвращение. Через несколько лет «похороны» все-таки состоялись — из проекта ушли Сергей Селин и Алексей Нилов, соответственно, Дукалис и Ларин героически погибли на задании.

За свою долгую историю «Улицы разбитых фонарей» много раз получали награды со стороны органов внутренних дел России, в том числе премии МВД и Ассоциации юристов и адвокатов России, а также премии Академии российского телевидения «ТЭФИ» в номинациях «Лучший проект года» и «Лучшая художественно-постановочная группа». Сценарист Андрей Кивинов попал в Книгу рекордов Санкт-Петербурга как создатель литературной основы самого долгого сериала в истории отечественного телевидения.

Смотрите также: Проклятье «Мастера и Маргариты»: как проходили съемки сериала

Понравилось? Хотите быть в курсе обновлений?

Подписывайтесь на наш Instagram, страницу в Facebook или канал в Telegram.

Взлет и падение «Ровесника» — культового молодежного журнала советской эпохи

Журнал «Ровесник» стал проводником западной культуры для миллионов советских граждан. Десятки лет сотрудники издания тщательно изучали прессу на других языках, скрытую за цензурными «шайбами», чтобы легально рассказывать о зарубежной музыке, литературе и кино. С крушением Советского Союза «Ровесник» не исчез, а превратился в суперпопулярное издание, которое разговаривало с подростками о сексе и о жизни звезд на их языке.

Взлет и падение одного из самых значимых молодежных журналов за последние полвека.

Журнал «Ровесник» впервые увидел свет в 1962 году. Созданное при Комитете народных организаций издание было призвано рассказывать советской молодежи о том, как плохо живут их сверстники в капиталистических странах и почему путь социализма — единственно верный. Однако «Ровесник» ждала иная судьба: став окном на Запад, журнал перепечатывал иностранные статьи, рассказывал о модной музыке и новых культурных веяниях. Под видом пропаганды советских ценностей журналистам удавалось писать о запретных в СССР явлениях.

Сотрудники «Ровесника» имели закрытую подписку на множество иностранных журналов. По воспоминаниям редактора издания Натальи Рудницкой, их выдавали по специальным карточкам, доставая из сейфов. Несмотря на то что до прочтения редакцией номера проходили цензуру (зачастую многие страницы были попросту вырваны), большинству советских граждан была недоступна даже такая роскошь. «Опубликовать материал о группе The Doors в 75-м году — это была победа», — признавалась она.

Представители цензуры делили мир на советский и антисоветский, поэтому, к примеру, The Beatles казались им подходящими героями, так как членами группы были простые ребята. В тексте о The Doors важную роль сыграло его качество. «Если материал был отличный, можно», — вспомнила Рудницкая, которая стала одной из первых рок-журналисток в России. Благодаря ей широкий читатель познакомился не только с андеграундной музыкой, но и, к примеру, с текстами Артемия Троицкого.

Порой интересные и информативные тексты о зарубежной культуре перемежались и критическими высказываниями. В сентябре 1986-го под этой безобидной обложкой вышла статья «Осквернители рока», посвященная группе Kiss. В ней главный редактор Алексей Нодия выступал резко против эстетики группы и утверждал, что команда пытается захватить умы молодежи.

«Как знать, на какие только мерзости не окажется способной умело направляемая слабая душа! Словом, вступай, братец, в "армию "Кисс", а точнее — в банду трусов, которая, навалившись массой, способна изувечить беззащитного ребенка или старика, в банду подлецов, способных оравой, подстраховывая друг друга, совершить насилие над беззащитной девушкой, в банду убийц, для которых чужая беззащитная жизнь ничего не стоит. Заметьте обязательное условие: жертва должна быть беззащитна», — пишет он.

В финале автор утверждает, что статья его хоть и не беспристрастная, но объективная.

С середины 1980-х в журнале начал печататься огромный проект журналиста Сергея Кастальского, получивший название «Рок-энциклопедия». Он стал возможен благодаря тому, что у журнала, как бы по умолчанию, была монополия на обсуждение рок-музыки в СССР. Этот период считается самым ярким в истории «Ровесника».

Кастальский вел эту рубрику почти десять лет. В течение всего этого времени он документировал историю от классических или менее известных групп до начинающего тогда свою карьеру рэпера Эминема. Журналист писал в особенной манере, позволяя себе едкие замечания и апелляцию к собственным вкусам. Редакция «Ровесника» могла себе позволить заявить, что определенного исполнителя лучше не слушать вовсе, а о другом и говорить нечего — так он велик и прекрасен. Позже энциклопедию издали отдельной книгой.

Именно в «Ровеснике» впервые в истории российской музыкальной журналистики появились современные рецензии. К ним приложил руку и Кастальский. Каждое явление им оценивалось по пятибалльной Р-шкале. Оценка «РРРР» считалось очень хорошей, а пять «Р» означали невероятный и уникальный опус. Две буквы — необязательно к прослушиванию, одна — «Потратьте ваши денежки на что-нибудь другое».

К началу 1990-х тираж журнала доходил до трех миллионов экземпляров. С приходом рыночной экономики состояние журнала на некоторое время стало нестабильным: вместо нескольких десятков полос некоторое время пришлось довольствоваться шестнадцатью.

Однако вскоре редакция встала на ноги, и число страниц, как и тираж, увеличились в несколько раз. Этому способствовали редкие книжные публикации. К примеру, на страницах «Ровесника» появились фрагменты книги Снайдера «Краткий курс выживания для подростков». Тираж сразу подскочил на 500 тысяч экземпляров, и в течение года рост продолжался.

После распада СССР издательский дом возглавил Игорь Чернышков. Именно благодаря ему дети 1980-1990-х ассоциируют свою юность с разнообразной молодежной прессой. Не только «Ровесник», но и «Все звезды», издание для девушек «Штучка», а позже серии «Багз Банни и его друзья», «Приключения Скуби-Ду» и другие, — все это выпускала команда, ранее занимавшаяся единственным рок-вестником.

Под провокационной обложкой 1994 года скрывается обещание увеличить «Ровесник» в объеме: с 1995 года редакция выпускает приложение о сексе «Шестнадцать», которое идет в комплекте с журналом.

«ВСЕ, ЧТО ВЫ ХОТИТЕ ЗНАТЬ О СЕКСЕ, НО БОИТЕСЬ СПРОСИТЬ», — сообщалось в анонсе.

Предполагалось, что «Шестнадцать» будет честно рассказывать подросткам то, о чем им неловко разговаривать со сверстниками или старшими. Спустя несколько лет журнал закрыли из-за жалоб — власти даже завели дело «о развращении молодежи» (потом его закрыли за отсутствием состава преступления).

Неслучайно на обложку поместили Ким Бейсингер, которая к тому времени уже была известна по роли в эротическом фильме «Девять с половиной недель». На фото она будто напоминает читателю невинную героиню из фильма «Дикая орхидея», который всколыхнул умы вчерашних советских людей свободной демонстрацией секса.

Под обложкой с соблазнительной Бейсингер — материалы от советов при головной боли до статей из «рок-энциклопедии» об Игги Попе. Тут же и переводная заметка «Самоубийцы не шутят» о помощи людям в критическом состоянии, и «Обычный день из жизни "Бон Джови"», и автобиография Чарли Чаплина, и подборка альбомов от Кастальского. Довольно высокой оценки (РРРР) тогда удостоились творения Sonic Youth, The Kinks и Huey Lewis and the News. Британка Yazz, по мнению критика, проявила себя хуже всех — ее опус он предлагает пропустить, поставив клеймо «РР».

В 1990-е, когда спрос на «Ровесник» резко вырос, редакция приняла решение запустить несколько смежных проектов. Наиболее известным стал журнал «Все звезды», заточенный тогда под плакаты с изображениями музыкантов. Многие подростки хотели обладать изображением кумира, но искать фото и печатать постер в профессиональной мастерской было крайне дорого.

Изначально журнал не приносил прибыли, но позже его несколько переформатировали. В издании появились тексты — интервью с артистами и сплетни о шоу-бизнесе. Руководитель «Ровесника» и «Всех звезд» установил правило: каждый материал должен быть коротким и максимально понятным. Реклама обновленного «Все звезды» появилась на только что запущенном в России MTV («Журнал, который рвут на части!» — гласил слоган). Журнал обрел невероятную славу, а постеры с логотипом издания стали верной приметой того времени — почти все подростки с удовольствием оклеивали стены портретами кумиров.

Аудитория постсоветского «Ровесника» была несколько моложе тех, кто читал модные в то время «ОМ» или Fuzz. Это были школьники 14-16 лет. В выборе языка общения с читателями издание решило пойти иным путем, чем конкуренты. Страницы многих СМИ в то время пестрели «чуваками», «кексами», «ништяками» и «рулезом», однако в «Ровеснике» стремились к уважительному отношению и простому общению. Сленг журналисты принципиально не использовали.

Несмотря на обилие материалов о музыке, в журнале находилось место и новостям кино, и актуальным рассуждениям о жизни. К примеру, рубрика «Что говорят... Что пишут...» просуществовала на страницах «Ровесника» более полусотни лет.

В сентябрьском номере 1996 года — рассказ о том, как за рубежом играют на спортивном тотализаторе через интернет, тест на уровень эмоционального интеллекта и, как всегда, «рок-энциклопедия». Помимо этого — заметки о Квентине Тарантино и Стивене Спилберге, а также обзор нескольких компьютерных игр.

Нередко редакция шла на необычные ходы. Чтобы материал о герое номера Робби Уильямсе был нескучным, его оформили как социологическое исследование его успеха: читателям предложили повторить его 13 жизненных этапов и добиться такой же славы, как знаменитый скандалист.

В том же номере с Уильямсом — интервью со Святославом Вакарчуком. Читателям сообщалось, что фронтмен группы «Океан Эльзы» говорит по-английски, поет по-украински и ругается по-русски. Бонусом — комиксы по песням группы «МультFильмы» и постер с Моникой Беллуччи.

В 2000-е «Ровесник» вновь сконцентрировался на отечественной и зарубежной рок-музыке. В знаковом для многих миллениалов 2007 году на обложке — Мерлин Мэнсон, внутри — интервью с Земфирой, заметка о Megadeth, статья о группе «Наив». На последней странице — афиша концертов: от «Пилота» и «Ляписа Трубецкого» до Red Elvises и The Stooges.

Несмотря на великое разнообразие материалов, которое предлагал читателю «Ровесник» в «десятые», интернет неизбежно наступал на пятки печатной прессе. Чтобы быть в курсе событий, совершенно необязательно стало покупать журналы — все самое интересное уже было в сети, притом совершенно бесплатно.

А потому в декабрьском номере 2014 года на первом же развороте появилось сообщение, знаменующее конец эпохи «Ровесника».

«Редакция "Ровесника" сообщает, что в связи со сложной экономической ситуацией вынуждена приостановить выпуск издания журнала на неопределенный срок».

Под ним — колонка лидера группы Louna Лусинэ Геворкян, которая рассуждает о необходимости музыкальной прессы в цифровую эпоху: с одной стороны, в сети легко быстро найти любые данные (порой — откровенные фейки), с другой — нельзя отрицать важность визуализации искусства.

«У нас нет времени на чтение музыкальных журналов? Или нам просто ничего не нужно и не интересно?» — вопрошала она.

Этот номер «Ровесника» стал последним. Тем более символичной кажется его обложка с Куртом Кобейном и подписью «Год, когда рок-н-ролл покончил с собой».

Смотрите также - Окно в будущее: как в советское время представляли себе XXI век

Источник

Понравилось? Хотите быть в курсе обновлений?

Подписывайтесь на наш Instagram, страницу в Facebook или канал в Telegram.

Популярное

Самые горячие темы

Новости партнеров

Загрузка...

Новые посты

Суши трусы правильно! Как нужно стирать нижнее белье, чтобы не подхватить инфекцию

                array(3) {
  ["result"]=>
  bool(false)
  ["iBlockSize"]=>
  int(1)
  ["iFullCountBlocks"]=>
  int(1)
}
            

Скандинавская сказка: живописные пейзажи Норвегии в объективе Ханса Гуннара Аслаксена

                array(3) {
  ["result"]=>
  bool(false)
  ["iBlockSize"]=>
  int(1)
  ["iFullCountBlocks"]=>
  int(2)
}
            

Какой была после войны «самая фешенебельная деревня Европы»?

                array(3) {
  ["result"]=>
  bool(false)
  ["iBlockSize"]=>
  int(1)
  ["iFullCountBlocks"]=>
  int(3)
}
            

25 примеров дизайна квартир, в которых сможет жить далеко не каждый

                array(3) {
  ["result"]=>
  bool(false)
  ["iBlockSize"]=>
  int(1)
  ["iFullCountBlocks"]=>
  int(4)
}
            

Эглет, колливубл и другие слова, знанием которых можно блеснуть в компании

                array(3) {
  ["result"]=>
  bool(false)
  ["iBlockSize"]=>
  int(1)
  ["iFullCountBlocks"]=>
  int(5)
}
            

Лови момент истории: 35 самых удачных фото, украшавших журнал LIFE

                array(3) {
  ["result"]=>
  bool(false)
  ["iBlockSize"]=>
  int(1)
  ["iFullCountBlocks"]=>
  int(6)
}
            

10 правил стайлинга еды — красивой подачи блюд

                array(3) {
  ["result"]=>
  bool(false)
  ["iBlockSize"]=>
  int(1)
  ["iFullCountBlocks"]=>
  int(7)
}
            

36 редчайших исторических фотографий

                array(3) {
  ["result"]=>
  bool(false)
  ["iBlockSize"]=>
  int(1)
  ["iFullCountBlocks"]=>
  int(8)
}
            

12 абсурдных, но правдивых фактов о чукчах, которые вас удивят

                array(3) {
  ["result"]=>
  bool(true)
  ["iBlockSize"]=>
  int(1)
  ["iFullCountBlocks"]=>
  int(9)
}