Смерть из пробирки: тайна свердловской эпидемии 1979 года

Весной 1979 года Свердловск (нынешний Екатеринбург) оказался во власти загадочной болезни. Люди заболевали внезапно: температура взлетала до критических значений, появлялись жуткие боли в груди, невыносимая слабость и ощущение удушья. Почти все заразившиеся умирали за считанные дни. Власти настаивали: это всего лишь сезонная пневмония. Лишь спустя десятилетия мир узнал правду: в самом сердце СССР произошла крупнейшая в истории вспышка лёгочной формы сибирской язвы, тщательно скрытая от всего мира. Что же случилось в Свердловске на самом деле — и почему об этом так долго молчали?

Необычная пневмония

Эпидемия сибирской язвы пришла в Свердловск тихо и незаметно. 4 апреля 1979 года у нескольких жителей Чкаловского района проявились странные симптомы. Температура неожиданно подскочила до сорока градусов, начались сильный кашель и рвота, а ноги вдруг перестали слушаться. Некоторые люди даже теряли сознание. Состояние заболевших ухудшалось стремительно, прямо на глазах.

Больше всего больных оказалось среди работников местного керамического завода. Поначалу болезнь даже пытались связать с какими-то техногенными факторами, но эти версии не подтвердились. Пациентов размещали в больницах, в терапевтических отделениях. Симптомы указывали на пневмонию, но какой-то необычной, молниеносной формы. Маргарита Ильенко, главврач 24-й городской больницы, спустя годы вспоминала:

Любой врач знает: если пневмонию вовремя обнаружить и у пациента нет других серьёзных болезней, вылечить её несложно. Смертельные случаи, конечно, бывают, но это скорее исключение. Здесь же больные начали умирать один за другим буквально в первые сутки. Странная пневмония мгновенно перерастала в отёк лёгких. Не помогала ни искусственная вентиляция, ни ударные дозы антибиотиков.

Страшное открытие

Всё прояснилось 10 апреля, когда в 40-й больнице скончался пожилой мужчина из южного пригорода Свердловска. Ночью ему резко стало плохо, и его привезли в реанимацию с подозрением на инсульт. Спасти пациента врачи не смогли. Вскрытие показало пугающую картину. У мужчины обнаружили множественные кровоизлияния.

Поражены оказались обширные участки мозга. При этом не было никаких признаков аневризмы сосудов или менингоэнцефалита, который поставили как предварительный диагноз. Из-за этого случая собрали консилиум из лучших врачей города, куда вошли ведущие патологоанатомы области.

Медики долго изучали материалы вскрытия, пока не отбросили все версии, кроме одной. Это был самый страшный диагноз, который только можно было представить, — сибирская язва. Смертельно опасная и крайне заразная болезнь чаще всего протекает в лёгочной или кожной форме. Но существует и редкая септическая форма.

Именно для неё характерен токсический шок, приводящий к отёку мозга и множественным кровоизлияниям. После этого врачи вспомнили, что накануне сталкивались с похожей картиной ещё раз. Тогда тоже умер от «инсульта» мужчина, но он страдал от гипертонии, и в его смерти ничего подозрительного не увидели. Его тело ещё находилось в морге, и медики провели повторное вскрытие. Оно окончательно подтвердило сибирскую язву.

Скупая реакция властей и паника в городе

Тут же стала понятна и причина смертей от «пневмонии». Это означало только одно: в одном из крупнейших городов СССР уже несколько дней бушует эпидемия сибирской язвы. Страшную новость немедленно сообщили властям. «Сверху» тут же поступил приказ держать всё в секрете до особых указаний.

13 апреля 1979 года в газете «Уральский рабочий» появилась короткая заметка:

Но это сообщение почти никто не заметил. К моменту его выхода Свердловск уже захлестнула волна жутких слухов. Горожане шептались о смертельной инфекции, которая поражает только отдельные районы. Южная часть города быстро опустела. Жители переезжали к друзьям и родным в другие районы или срочно уезжали на дачи.

21 апреля, спустя две недели после первого смертельного случая, началась вакцинация населения. По данным журнала Science, прививки должны были получить 59 тысяч человек. Около 80% из них сделали хотя бы одну инъекцию от сибирской язвы. Параллельно в Чкаловском районе Свердловска началась масштабная дезинфекция.

Химбригады поливали крыши из брандспойтов, снимали асфальт на некоторых участках и верхний слой грунта. Коммунальные службы отмывали дома и дороги. Основные работы велись на заводе «Керамик» и в военном городке Свердловск-19, о котором ходили тревожные слухи. Как выяснилось позже, эти слухи имели под собой основания.

История пациентки Раисы Смирновой

Спустя много лет после трагедии работница керамического завода Раиса Смирнова рассказала «Новой газете» о том, как перенесла сибирскую язву:

Первое, что услышала Смирнова, придя в сознание, стал разговор медсестёр. Они говорили о том, что если в ближайшее время не привезут вакцину, то больная обречена. Раисе повезло — препарат доставили вовремя. После прививки её состояние начало быстро улучшаться. Но еще две недели женщина не могла ходить — ноги её не слушались.

От Раисы Смирновой диагноз не скрывали. Когда она пришла в себя, врачи прямо сказали, что это сибирская язва. А за два дня до выписки в палату вошли двое людей «из органов» и заставили подписать бумагу о неразглашении обстоятельств болезни сроком на 25 лет. Женщина поставила подпись и действительно хранила молчание четверть века.

Смертельные технологии в черте города

Но что стало причиной эпидемии, которая унесла, по официальным данным, 64 жизни, а по неофициальным — до пятисот? Неужели виноваты нерадивые аграрии, допустившие заражение мяса через некачественный корм? Разумеется, нет. Ещё когда Смирнова лежала без сознания, властям был известен источник заражения и даже виновные — поимённо.

Виноватым оказалось предприятие под условным названием «Свердловск-19», расположенное в южной части города. Оно подчинялось Министерству обороны и втайне занималось разработкой бактериологического оружия. В секретных лабораториях завода выращивали бактерии сибирской язвы в жидкой среде. Потом материал высушивали и превращали в мельчайший порошок.

Этот смертоносный порошок был невероятно лёгким, и ветер мог разносить его на десятки километров. Небольшое количество порошка постоянно витало в воздухе лабораторий. Сотрудники «Свердловска-19» носили защитные костюмы и регулярно делали прививки. Поэтому для них бактерии не представляли особой опасности.

Преступная халатность

На предприятии специальная система вентиляции вытягивала воздух из помещений на улицу, а взамен закачивала свежий. Сложная система фильтров должна была надёжно задерживать частицы со смертоносными бактериями. Но 30 марта 1979 года случилось чрезвычайное происшествие. Один из работников ремонтировал вентиляционное оборудование и не успел установить фильтры на место.

Как полагалось, он оставил записку: «Засорился фильтр, я его снял. Фильтр следует заменить». Но по неизвестной причине начальник смены не заметил это предупреждение и не внёс его в журнал. Вечерняя смена не знала, что внешний фильтр вентиляции отсутствует, и, как обычно, включила вытяжку.

Воздух, насыщенный смертоносным порошком, покинул лабораторию и рассеялся над южной частью Свердловска. Отсутствие фильтра обнаружили только через несколько часов. К тому времени в окружающую среду уже попало некоторое количество опасного материала. Но говорить об этом было нельзя. Ведь СССР подписал международные соглашения об отказе от разработки бактериологического оружия.

Запоздалое признание властей

На Западе о случившемся узнали очень быстро, но в СССР категорически отрицали «рукотворное» происхождение эпидемии. Впервые утечку из лаборатории признали только в 1992 году. Об этом рассказал Борис Ельцин, бывший в то время первым секретарём Свердловского обкома.

Он даже дал интервью «Комсомольской правде», где были такие слова:

В 2010-х годах несколько выживших жертв сибирской язвы попытались подать в суд на Министерство обороны. Они утверждали, что получили необратимый урон для здоровья, и требовали компенсации. Но ни один из этих исков так и не удовлетворили. Спустя годы никто не хотел ворошить прошлое, и дела просто закрыли, сославшись на сроки давности и другие формальные причины.

Свердловская трагедия 1979 года остаётся мрачным напоминанием о том, как государственная тайна и человеческая безответственность могут стоить десятков, а то и сотен жизней. Случившееся поднимает множество неудобных вопросов — причём не только о прошлом, но и о нашем настоящем. СССР не раз стоял на грани больших эпидемий, но об этом предпочитали молчать. А как вы думаете, должны ли подобные архивы и документы по-прежнему оставаться засекреченными — или общество имеет право знать всю правду, какой бы горькой она ни была?

Смотрите также — Как в СССР побеждали смертоносные эпидемии