Почему Гайдай лишил Высоцкого роли Остапа Бендера и какое вступление вырезали из «Кавказской пленницы»
Сегодня исполняется 99 лет со дня рождения гениального режиссера Леонида Гайдая, который вошел в историю отечественного кино как создатель жанра народной комедии. До него киностудии выпускали исключительно идеологически выверенные, по большей части заунывные фильмы о партсобраниях и освоении целины. Но Гайдай, с детства обожавший Чарли Чаплина, всегда стремился не поучать зрителя, а развлекать. Его картины такие же, каким был он сам — бойкие, жизнерадостные, смелые.
Как и многие выдающиеся творцы, Гайдай многое брал из жизни. Газеты и журналы он прочитывал в огромных количествах. Бывало, в отпуске часами просиживал на чердаке, копаясь в старой периодике в поисках оригинальных идей. Сюжет для «Кавказской пленницы» родился из заметки о похищенной в Закавказье невесте, а комедию «Бриллиантовая рука» Гайдай задумал, когда прочитал в «Правде» статью о контрабандистах, которые в гипсе вывозили за границу ценные вещи.
— Кто в артиллерию?
— Я! — выпалил Гайдай.
— Кто в кавалерию?
— Я! — снова Гайдай.
— Да подождите вы, дайте огласить весь список! — обозлился военком.
Подбирая актера на главную роль для «Операции Ы…», режиссер отверг десятки кандидатур (в том числе Евгения Петросяна). Тогда кто-то из съемочной группы предложил безвестного в ту пору Александра Демьяненко. Гайдай взглянул на фотографии, обнаружил внешнее сходство и лично полетел в Ленинград на переговоры с актером.
Кстати, изначально по сценарию Шурик был не Шуриком, а Владиком. Но цензоры имя не одобрили: Владик — это Владлен, а Владлен — это Владимир Ленин. Нельзя, мол, комического героя называть именем вождя мирового пролетариата. По пустякам Гайдай спорить не стал, хотя обычно он был непримирим в неравной борьбе с цензурой.
— Зачем вам взрыв в комедии понадобился? — вполне резонно поинтересовались цензоры.
— Неужели вы забыли о сложнейшей международной обстановке? — всплеснул руками режиссер. — Империализм размахивает ядерной дубиной!
В результате взрыв вырезали, все остальное оставили.
Вот что Гайдай сочинил на пару с Никулиным. Трус подходит к дощатому забору и, озираясь, чертит мелом букву «Х». Следом появляется Балбес и прибавляет «У». Увидевший это безобразие милиционер свистит что есть мочи, но Балбес, не растерявшись, дописывает: «…дожественный фильм».
Смотрите также: Как снимали «Кавказскую пленницу», Любимые женщины Владимира Высоцкого
А вы знали, что у нас есть Telegram?
Подписывайтесь, если вы ценитель красивых фото и интересных историй!
Будни африканского народа динка: женщины, не признающие одежду, побежденный рак и буйволы
Как ругались в СССР — специфический сленг, смысл которого мы забыли
Платье мантуя - роскошное, но ужасно неудобное изобретение галантного века
30 странных фотографий, которые могли быть сделаны только в России
"Неудобный" Суворов: о каких фактах из жизни полководца в СССР умалчивали и почему
Женский взгляд на женское самого молодого фотографа Vogue Сони Шостак
10 открытий, за которые мы должны сказать спасибо китайской династии Хань
Шпионы в юбках: женщины-разведчики, чьи подвиги до сих пор засекречены
Что известно о Лилли Бильд — кукле для взрослых, которая стала прообразом Барби
Трансформация старого "Боинга" в уютный дом над озером
