Первый взрыв в Московском метрополитене: серия терактов в 1977 году в столице СССР

В наши дни теракты, к сожалению, перестали быть редкостью. Атаки на мирных жителей и взрывы в людных местах случаются по всему миру. Долгое время казалось, что в СССР такое попросту невозможно: газеты писали, что советские граждане всем довольны, а экстремистских группировок у нас не существует. Но реальность была иной — в Союзе и угоняли самолёты, и устраивали взрывы в магазинах и метро. Власти старались не афишировать эти трагедии, замалчивая неудобные факты. Именно так произошло и с серией терактов, потрясших Москву в 1977 году.

Взрыв в вагоне метро

8 января 1977 года столичная подземка впервые стала мишенью террористов. Вскоре после этого в центре города прогремели ещё два взрыва. Итог того страшного дня — 7 погибших и 37 раненых. Следствие вёл КГБ СССР, причём чекисты работали на пределе возможностей, ведь дело взяла на карандаш партийная верхушка.

Несмотря на усилия, поиск преступников затянулся почти на год. В конечном счёте всех виновных арестовали, и они понесли заслуженное наказание. Любопытно, что при обысках у террористов нашли заготовки для создания ещё почти 40 бомб. Страшно представить, сколько людей могло бы погибнуть, если бы эту группу вовремя не обезвредили.

Первая бомба сработала 8 января 1977 года в поезде на Арбатско-Покровской линии. В 17:33, когда состав выехал на открытый перегон между станциями «Измайловская» и «Первомайская», в третьем вагоне раздался взрыв. Был конец рабочего дня, поэтому вагон был битком набит москвичами, спешившими домой.

Последствия теракта

Машинист Владимир Дмитриев первым вошёл в искорёженный вагон. Вот как он описывал увиденное:

Позднее одна из пассажирок злополучного поезда вспоминала, что тела лежали буквально грудой. Состав дотянул до «Первомайской». К тому моменту людей с перронов уже эвакуировали, а выходы перекрыла милиция. Тут же началась тотальная проверка документов.

Комитет госбезопасности подключился мгновенно. Въезды и выезды из Москвы блокировали, а в аэропортах и на вокзалах начали поголовно досматривать пассажиров и багаж. К станции метро стянули десятки карет скорой помощи, так как пострадавших было очень много.

Жертвами теракта стали 7 человек, которые находились слишком близко к эпицентру. Среди погибших оказался и подросток — десятиклассник, приехавший в Москву на зимние каникулы. Эксперты уверены: если бы взрыв прогремел в тоннеле, погибших было бы в разы больше.

Ещё два взрыва

Спустя всего полчаса после трагедии в подземке, в 18:05, рвануло в гастрономе № 15 на улице Дзержинского (ныне Лубянка). Дерзость преступников поражала: теракт произошел совсем рядом со знаменитым «Жёлтым домом» — штаб-квартирой КГБ. К счастью, в магазине никто не погиб. Самодельная бомба была без оболочки, поэтому продавца лишь контузило, а нескольких покупателей посекло осколками витрин.

Прошло ещё пять минут, и в 18:10 сработала бомба в урне на улице 25 Октября (сейчас — Никольская). Устройство было таким же, как в гастрономе: без корпуса и поражающих элементов. Террористы засунули заряд в массивную чугунную урну, надеясь, что её разнесёт на куски. Но советское литьё выдержало удар, и взрывная волна ушла вверх. Благодаря этому на многолюдной улице обошлось без жертв.

Стало очевидно: Москва подверглась крупнейшей атаке за всю историю СССР. Ситуация была настолько серьёзной, что в столицу срочно вернулся генсек Леонид Брежнев, отдыхавший на охоте в Завидове. Глава государства поручил расследование лучшим специалистам КГБ и взял дело под личный контроль. Операцию назвали «Взрывники».

Начало расследования

Сперва следователи опросили более 500 свидетелей. Увы, это не дало результатов. Тогда эксперты буквально по крупицам собрали на местах происшествий мельчайшие фрагменты взрывных устройств. Расчёт был на то, что детали укажут на происхождение материалов. Метод рабочий: например, четыре года спустя именно анализ компонентов помог найти виновного во взрыве в челябинском трамвае.

Изучив детали взрывных устройств, чекисты заметили интересную деталь. Бомбы отличались по конструкции. Устройства из магазина и урны состояли из килограмма взрывчатки, детонатора и часового механизма. А вот бомба из метро была начинена металлическими поражающими элементами.

Химический анализ металла показал примесь мышьяка. Этот элемент мог попасть в сплав только из руды Камыш-Бурунского месторождения в Крыму. Оттуда сырьё отправляли на заводы Украины, Литвы и Закавказья. Следовательно, бомбы, скорее всего, собрали в одном из этих регионов Союза.

Поначалу основной версией был криминальный след. В то время бывших заключённых часто выселяли из столицы «за 101-й километр», запрещая возвращаться. Озлобленные ссыльные вполне могли возненавидеть власти, Москву и её жителей.

Сбор улик

Чтобы собрать все фрагменты бомбы, вагон метро пришлось разобрать до винтика — многие осколки застряли под обшивкой. Работа на улицах оказалась ещё сложнее. На улице 25 Октября части устройства разлетелись на сотни метров и утонули в снегу. Некоторые детали находили даже на крышах домов.

На помощь призвали военных, а чтобы растопить снег, установили полевые кухни. Эти титанические усилия оправдались. В талой воде нашли крошечную улику — минутную стрелку от будильника «Слава». Такие часы выпускали на Ереванском заводе.

Следователи поняли: взрывное устройство было сложным. Мастер явно разбирался в технике и знал, как сделать взрыв эффективным, но безопасным для исполнителя. Собрать такую бомбу мог только человек с хорошим техническим образованием, например, инженер.

Части бомбы выдают секреты

Важное открытие сделали и судмедэксперты, обследовавшие тела погибших. Из груди одного мужчины извлекли кусочек металла, окрашенного в синий цвет. Быстро определили, что это осколок советской чугунной утятницы, которую преступники использовали в качестве корпуса бомбы.

Обычная кухонная утварь оказалась с секретом. Выяснилось, что именно эту модель выпустили в Харькове крошечной партией — всего 50 штук. Продавали их только в Украине и Армении. Ещё одна зацепка — сумка из кожзаменителя, в которой лежало устройство. Материал произвели в Горьковской области.

Место пошива самой сумки долго оставалось загадкой, пока один оперативник не заметил похожую вещь у пассажирки в аэропорту. Оказалось, сумку сделали на галантерейной фабрике в Ереване. Кроме того, на внутренней стороне материала отпечаталась краска с газеты, в которую завернули бомбу. Это было спортивное издание, которое тоже печатали в Ереване.

Улик набралось много, и большинство из них указывало на Армянскую ССР. В КГБ заподозрили местных сепаратистов, поэтому в Ереван срочно вылетела следственная группа. Но даже это не дало мгновенного результата. Работа шла колоссальная, случались и досадные ошибки, а террористы оставались неуловимыми. Власти при этом хранили молчание, скрывая от народа любые детали. Москвичам оставалось довольствоваться слухами, порой совершенно фантастическими.

Бомба на вокзале

Через полгода после взрывов пассажир, ехавший с семьей из Сибири в Дагестан, заметил на Курском вокзале бесхозную сумку. Он заглянул внутрь и обомлел: под мужской шапкой виднелись провода. Бдительный гражданин тут же отнёс находку в милицию и лишь чудом остался жив.

Милиционеры унесли бомбу в безлюдный зал делегаций, а оттуда переправили в станционный морг. Прибывшие взрывотехники установили: заряд батарейки оказался слишком слаб, и только это спасло множество жизней. В сумке, кроме бомбы, лежала куртка с олимпийской нашивкой из Еревана, а на ней эксперты нашли несколько чёрных вьющихся волос.

Сразу же начали проверять всех, кто ехал в сторону Закавказья. Очень скоро в поезде на границе Армении и Грузии задержали странного мужчину. Несмотря на холод, он ехал без верхней одежды, а при виде милиционеров старательно притворялся спящим. Из-под его брюк выглядывали спортивные штаны того же цвета, что и куртка из сумки с бомбой.

Подозреваемого задержали. Им оказался 28-летний сварщик из Еревана Акоп Степанян. В соседнем вагоне взяли его спутника — 23-летний рабочего Завена Багдасаряна. Оба путешествовали налегке, без документов. Степанян попался сразу — когда его спросили, где сумка с вещами, он ответил, что сумка не его, не зная, о чем идет речь. Мать Степаняна узнала находку с Курского вокзала, подтвердив, что сын незадолго до отъезда просил у нее именно эту сумку.

Приговор и угрозы академику

Задержанные категорически отрицали вину. Узнать правду удалось благодаря прослушке, установленной в квартирах Степаняна и Багдасаряна. В домашних разговорах они активно обсуждали взрывы и даже назвали имя организатора. Им оказался 30-летний Степан Затикян, который ранее уже попадал в поле зрения органов.

Затикяна считали одним из лидеров Национальной объединённой партии Армении (НОП). Эта запрещённая в СССР сепаратистская организация мечтала об отделении Армении. Кровавыми терактами её члены выражали протест против «имперской политики» Союза.

В итоге все три террориста оказались в руках КГБ. Материалы следствия заняли 60 томов. Суд начался в январе 1979 года и проходил в условиях строжайшей секретности. 24 января был оглашен приговор: всех троих приговорили к расстрелу. Перед казнью Степаняну, Затикяну и Багдасаряну разрешили проститься с родственниками.

Неожиданно за осуждённых вступился академик Сахаров, полагавший, что доказательств их вины недостаточно. После этого учёный начал получать угрозы от людей, которые представлялись родственниками погибших. Было подано ходатайство о помиловании, но Президиум Верховного Совета СССР его отклонил. 30 января 1979 года приговор привели в исполнение.

События 1977 года остаются одной из самых мрачных страниц в истории СССР. Эта трагедия показала, что даже железный занавес и цензура не могут полностью скрыть правду. Как вы думаете, если бы тогда власти честно рассказали людям об опасности, это помогло бы предотвратить новые теракты? Или же молчание, наоборот, не дало преступникам посеять панику? Делитесь мнением в комментариях!

Смотрите также — Взрывная любовь: теракт в 1950 году в школе под Тирасполем, о котором молчали полвека